автор:А. Куркулев

В 1635 году окрестности Курска подверглись одному из наиболее кровавых и опустошительных нападений татар в своей истории. 15 августа, в день, когда православные христиане отмечают праздник Успения Пресвятой Богородицы, который в народе известен как «Оспожин день», с Муравского шляха в Подгородный стан Курского уезда вторгся отряд татар, численностью более 500 человек, сея разрушение, грабя имущество и угоняя жителей в плен.

Набег татар. Изображение из свободных источников.

Внезапное вторжение татар оказалось возможным из-за отсутствия стражников на сторожевых заставах (сторóжах) в Галицком лесу и на реке Псле, расположенных на Белгородской дороге. Стоявшие на этих караульных постах сторожá должны были своевременно уведомить воеводу о приближении противника. Ситуацию усугубило и то обстоятельство, что находившиеся в Белгороде курские вестовщики, не дождавшись смены, вернулись в Курск. В результате белгородский воевода не имел возможности отправить кого-либо в Курск с вестью о приближении татарского войска.

В тот же день, с востока, со стороны Изюмского шляха, на курские деревни, расположенные в среднем течении рек Рати и Тускаря, в Тускарском и Обмяцком станах, напал ещё один татарский отряд. Этот отряд, насчитывавший, по меньшей мере, три сотни всадников, сумел проникнуть в Курский уезд, оставшись незамеченным стражниками, дежурившими на сторóжах в этих местах.

На этом татарская война в Курском уезде не закончилась. В сентябре более мелкие группы азовских и ногайских татар, в 100-200 человек, продолжали грабить селения в разных частях уезда. За два месяца, август и сентябрь, из Курского уезда в плен было уведено не менее тысячи человек. Учитывая, что в то время численность населения уезда не превышало 10 000 человек, становится очевидным, насколько большой и болезненной была эта потеря. Московские посланники, бывшие в Крыму в начале октября видели там много курского полона, взятого на «Оспожин день».

В этой катастрофе, повлекшей за собой столь колоссальные потери, вся ответственность была возложена на Нефталима Бенедиктовича Тимашева, занимавшего в то время пост воеводы в Курске. Он обвинялся в неспособности организовать должным образом сторожевую службу и оперативное оповещение, что, в конечном итоге, привело к потери уездом более десятой части своего населения. Некомпетентность в выполнении своих прямых обязанностей, роковая халатность, приведшая к пленению множества людей и опустошению земель, не могла остаться без последствий.

В конце 1635 года московские власти приняли решение о замене воеводы. Пост Нефталима Тимашева занял Данила Семёнович Яковлев. Этот шаг, предпринятый правительством, свидетельствовал о серьезности ситуации и стремлении укрепить оборону региона.

Принявший уезд стольник и воевода Данила Яковлев, учитывая плачевный опыт предшественника, постарался навести порядок и ужесточить дисциплину в гарнизоне вверенной ему крепости. С этой целью он разыскал в своих поместьях детей боярских, самовольно оставивших государеву службу на сторóжах и «на вестях», и подверг их телесному наказанию. Об этом он упомянул в заключительной части курской разборной десятни 1636 года, прямо обвинив в сложившейся ситуации Нефталима Тимашева.

С коллективной устной жалобой на действия прежнего курского воеводы также обратилась в Разрядный приказ большая группа курских детей боярских, побывавших в Москве в апреле 1636 года:

«144 -го (1636) апреля в 14 день били челом государю царю и великому князю Михайлу Федоровичю всеа Русии словесно на курского воеводу на Нефталима Тимашова курчене Иван Анненков, Кондратей Беседин, Офонасей Мезенцов, Курдюм да Сергей Колугины, Иван Мишустин, Фатей Чюйков, Осип Жиляев, Илья Резанцов, Федосей Малютин, Остах Клесов, Григорей Яковлев, Богдан Бунин.

А в Разряде дьякам, думному Ивану Гавреневу, да Григорью Ларионову, в расспросе сказывали, что в 143-м (1635) году на Оспожины дни приходили в Курские места азовские и ногайские татаровя с 500 человек безвестно по Семи-реки на Псельскую, да на Галичью стороáжу. А те сторóжи, что на Псле от города с 80 верст, а Галичья сторóжа от города верст з 20. И на тех сторóжах сторожей не было. А воевали татаровя в Подгородном стану деревню Лебяжью, деревню Зорино, деревню Букреево, деревню Млодати, деревню Колодную. А взяли в полон в тех деревнях всяких людей с 300 человек.

А з другую сторону, с Ызюмского шляху, приходило татар с 300 человек меж сторóж безвестно. И воевали деревню Шестопалову, да по реке по Рати деревню Мелехино, деревню Тестово, деревню Родино, деревню Волобуеву, деревню Каменную. А взяли полону с 300 ж человек.

Да на 3-й недели после Семеня дни (Семенов день – 1 сентября по юлианскому календарю) приходило татар с Ызюмского ж шляху с 150 человек в Тускорской ж стан и воевали деревню Котовец, деревню Якунино, деревню Бунино и на стрелецкие поля. А побили и в полон взяли с 80 человек.

Да после того приходили татаровя по 100 и по 200 человек и больши в курские во многие места и деревни воевали, и многих людей в полон поимали.

А взяли де у них татаровя в 143-м и в нынешнем в 144-м году всяких людей с 1000 человек.

А как приходили татаровя безвестно через Псельскую сторóжу и на той сторóже быть было сторожем курченом детем боярским Тереху Варламову сыну Гридину, да Якову Кондратьеву сыну Судакову.

А что у курчан у Ивана Анненкова с товарыщи, которые в челобитчиках, поимали у них татаровя в полон, и тому они своим полоненикам принесут имена».

В целом, августовские и сентябрьские набеги 1635 года стали суровым испытанием для Курского уезда и всего юга Русского государства, продемонстрировав их уязвимость перед вражескими вторжениями и побудив к принятию мер по укреплению обороноспособности и совершенствованию системы защиты границ, что в итоге привело к началу строительства Белгородской черты.

ИСТОЧНИКИ:

1. РГАДА. Ф. 210, Оп. 4., Д. 215, Л. 118об.-120об.

2. РГАДА, Ф. 210, Оп. 12, Д. 65, Л. 418-423