ТРОИЦКИЙ НЕКРОПОЛЬ: Шпажинский Дмитрий Михайлович

автор: Александр Куркулев

В настоящее время в селе Троица Курского района ведутся работы по восстановлению старинного Свято-Троицкого храма.


Рис. 1. Церковь Троицы Живоначальной в с. Троица Курского района.

За алтарем церкви ранее располагался погост. Это был скромный прицерковный некрополь, где до революции погребались главным образом окончившие земной путь священники, а также прихожане, внесшие весомую лепту в строительство и содержание храма.

В мае 2012 года в селе Троица высадился трудовой десант сотрудников наркоконтроля и учеников старших классов Курской школы № 50, чтобы произвести в церкви небольшую уборку перед престольным праздником Святой Троицы, а также привести в порядок земельный участок, прилегающий к храму.

«Когда мы начали расчищать территорию возле церкви, - рассказал настоятель церкви отец Вадим, - то обнаружили у одного из боковых входов в храм странную лестницу. Как оказалось, она сооружена из снятых и приспособленных под это могильных плит. Мы понимаем, что были времена, когда подвергались поруганию церкви, но зачем было осквернять могилы?!» [1]

К сожалению, на служивших ступеньками могильных плитах, отсутствуют надписи, говорящие о тех, кому они посвящены. На одной из плит сохранился высеченный вручную восьмиконечный православный (византийский) крест.


Рис. 2. Могильная плита с православным византийским крестом.

С помощью вызванного отцом Вадимом манипулятора школьники получили возможность сложить тяжелые каменные надгробия в одно место.

«Мы уже не определим, где находится прах тех людей, чьи могильные плиты мы перенесли, - заметил отец Вадим, - но теперь они не будут подвергаться поруганию, как раньше». [1]

Лишь одно надгробие со старого кладбища осталось практически нетронутым. Высеченная на нём надпись гласит, что поставлено оно было в 1908 году восьмилетнему Юрочке Васильеву.


Рис. 3. Надгробный камень за алтарём Троицкой церкви.

Недалеко от могилы Юрочки лежал наполовину закопанный в землю памятник из черного карельского габбро-диорита с не менее интересной надписью: "Под сим камнем погребено тело Димитрия Михайловича Шпажинскаго, скончавшагося 30 января 1866 года".


Рис. 4. Надпись на памятнике Д.М. Шпажинского.

Нетрудно догадаться, что во времена, когда были изготовлены эти надгробия, такие памятники могли позволить себе лишь знатные особы дворянского сословия.

Так кем же были похороненные у стен Троицкого храма Васильев и Шпажинский?

В некоторых публикациях можно прочитать, что «к настоящему времени за алтарем Троицкого храма сохранились родовые склепы, принадлежащие местным помещикам Васильевым, которые немало заботились о благолепии храма, и могила князя Димитрия Шпажинского, который видимо тоже имел отношение к храму и духовному развитию села, но об этом история умалчивает». [2]


Рис. 5. Надгробный памятник Д.М. Шпажинского

Про помещиков Васильевых пока ничего сказать не могу, во всяком случае в середине 19 века помещиков с такой фамилией не было ни в Троице, ни в окрестных деревнях. Они появились в этих краях несколько позднее. В списках потомственных дворян 1896 года по селу Троица упоминается некая вдова коллежского секретаря Васильева Мария Семеновна. [3]

А про «князя» Дмитрия Шпажинского удалось отыскать в различных архивах и открытых источниках немного крайне отрывочной информации, которой я хочу поделиться в этой заметке.

Дмитрий Михайлович Шпажинский не был князем. Он происходил из дворян Воронежского уезда.

Дмитрий родился в 1807 году [4] в селе Сретенском (Любашевка тож) Ефремовского уезда Тульской губернии в семье помещика коллежского асессора Михаила Григорьевича Шпажинского. У Михаила Шпажинского и его жены Натальи Сергеевны было девять детей: шесть сыновей – Андрей, Василий, Григорий, Дмитрий, Егор и Сергей и три дочери – Елизавета, Любовь и Прасковья. [5]


Рис. 6. Скриншот титульного листа ревизской сказки 1816 г. села Сретенского (Любашевка тож).

В 1823 году Шпажинские продают своё имение в Любашевке [6] и переезжают Коротоякский уезд Воронежской губернии, где покупают имение в хуторе Новосёловка. [7]

Все дворяне должны были служить по штатской или военной службе. 14 мая 1824 г. Дмитрий Михайлович, семнадцати лет от роду, поступает на действительную военную службу в расквартированный в г. Коротояк и его окрестностях Казанский драгунский полк. При поступлении на службу в полк дворянские дети должны были «для познания службы» три месяца служить рядовыми, но при этом носить унтер-офицерский мундир. Никаких скидок молодым дворянам не делали. Их заставляли выполнять все обязанности наравне с другими солдатами. Поэтому только 30 августа 1824 г. Дмитрия Шапжинского производят в юнкера. [8]

В унтер-офицерском чине Шпажинский прослужил менее 2-х лет и 9 апреля 1826 г. был произведён в первый обер-офицерский чин прапорщика. [8]


Рис. 7. Д.М. Шпажинский в списке прапорщиков Казанского драгунского полка (1828 г.). [9]

С 1828 года полк базировался в г. Старый Оскол Курской губернии, а дивизионные сборы полка проходили в г. Белгороде. [10] В это время Казанский полк входил в состав 5-го резервного кавалерийского корпуса 1-ой армии.

7 августа 1829 г. Дмитрию Михайловичу Шпажинскому был присвоен чин поручика. [8]


Рис. 8. Поручик Д.М. Шпажинский в списке офицеров Казанского Драгунского полка (1831г.) [11]

Осенью 1830 г. Казанский драгунский полк в составе 5-го резервного корпуса был направлен на подавление восстания, организованного шляхтой и католическим духовенством в Царстве Польском и сопредельных с ним губерниях Российской империи. В Польше полк принимал участие в боевых действиях в составе отряда генерал-лейтенанта барона К.А. Крейца.

27 февраля 1831 г. отряд Крейца атаковал г. Люблин. Гарнизон Люблина с присоединившимися к нему городскими жителями отчаянно защищался, но под напором отрядов Российской армии был вынужден капитулировать. Эскадроны Казанского полка действовали в окрестностях Люблина, где как в конном, так и в пешем строю сражались с отступившими из города и не сложившими оружия отрядами мятежников, проявляя при этом чудеса храбрости и неустрашимости. [12]

Отличившиеся в этом бою офицеры Казанского полка были награждены орденами. Дмитрий Шпажинский был удостоен ордена Св. Анны 4 степени с надписью «За храбрость». [13] Этот самый младший из офицерских орденов крепился на эфес сабли.


Рис.9. Орден св. Анны 4 степени с надписью «За храбрость».

В начале апреля 1831 г. отряд генерала Крейца был направлен навстречу переправившемуся через Вислу польскому войску под командованием генерала Серавского. Встретившись с поляками 4 апреля у с. Бабина, Крейц огнём артиллерии не дал колонне неприятеля развернуться с марша, перешёл в наступление и вынудил польское войско отступить. На следующий день между частями Русской императорской армии и мятежниками, занявшими оборону у д. Вронова, произошло сражение. Эскадроны Казанского драгунского полка неоднократно ходили в атаку на левый фланг противника, в результате неприятель был выбит из Вронова и начал отступление на Казимерж, преследуемый до позднего вечера русской кавалерией. На другой день, 6 апреля 1831 г., поляки потерпели окончательное поражение. [14]

Многие офицеры Казанского драгунского полка, отличившиеся в боях 4-6 апреля 1831 г. были представлены к наградам. Дмитрий Шпажинский был награжден орденом Св. Анны 3 степени с бантом. [15]


Рис. 10. Орден Св. Анны 3 степени с бантом.

Казанский полк участвует в сражениях с восставшими поляками до ноября 1831 г., затем следует на зимнюю стоянку в слободу Стецовку Александрийского уезда Херсонской губернии, а в апреле 1832 г. выступает в поход в Курскую губернию и 29 мая прибывает в г. Старый Оскол на место постоянной дислокации. [16]

По итогам польской компании 1830 – 1831 гг. все офицеры полка были награждены «Польским знаком отличия за военное достоинство». Этот знак был точной копией польского ордена Virtuti Militari и им награждались только участники подавления польского мятежа. Введением этой награды император Николай I стремился ещё более унизить побеждённых поляков. Дмитрий Шпажинский был награждён Польским знаком 4 степени – золотым крестом на сине-чёрной орденский ленте. [17]


Рис. 11. Польский знак отличия за военное достоинство.78

С 1832 по 1848 годы Российская империя не вела войн, и драгуны полка несли мирную гарнизонную службу, проводя многочисленные строевые смотры в Белгороде, Вознесенске, на Бородинском поле, в Курске, Чугуеве.

10 апреля 1834 г. Дмитрию Шпажинскому присваивается очередное воинское звание штабс-капитан. [8]

В начале 1836 г. полк перебазируется в г. Курск, который становится с этого времени для полка родным домом.

20 апреля 1837 года Дмитрий Шпажинский получил очередное воинское звание капитан. [8]


Рис. 12. Капитан Шпажинский в Высочайшем приказе от 20 апреля 1837 г. [18]

В этом же году он награждается орденом Св. Владимира 4 степени с бантом [17] и назначается командиром 10-го эскадрона Казанского драгунского полка.


Рис. 13. Орден Св. Владимира 4 степени с бантом.

В августе 1839 г. на Бородинском поле состоялся строевой смотр и маневры, в которых участвовал Казанский драгунский полк. После учений по желанию Николая I была проведена реконструкция Бородинского сражения 1812 г. Император остался доволен своей кавалерией. По результатам Высочайшего смотра капитан Шпажинский был награждён орденом Св. Станислава 2 степени. [19]


Рис. 14. Орден Св. Станислава 2 степени.

В начале 1840 года командир Казанского драгунского полка полковник Михаил Иванович Крутов характеризует Дмитрия Михайловича Шпажинского «как старательного, знающего службу офицера». [20]

В 1841 г. Казанский драгунский полк переименовывается в Драгунский Его Высочества Принца Эмилия Гессенского полк. А 6 декабря 1842 г. капитану Шпажинскому присвоено звание майора. [8]


Рис. 15. Майор Шпажинский в Высочайшем приказе от 6 декабря 1842 г. [21]

В 1843 г. Шпажинский получает знак отличия за XV лет беспорочной службы [17].


Рис. 16. Знак отличия за 15 лет беспорочной службы.

В 1845 г., после Высочайшего смотра в г. Чугуеве, Шпажинский удостаивается ордена Св. Анны 2 степени («Анна на шее»). [22]


Рис. 17. Орден Св. Анны 2 степени.

В 1847 г. третья пандемия холеры охватила практически всю Российскую империю. Не обошла она стороной и Курскую губернию, где к 1848 году холерой заболел каждый второй житель, а треть из них умерло.

Аналогичная ситуация сложилась и в Казанском полку, где ежемесячно от болезни умирало от 10 до 20 человек рядового состава. Употребление в большом количестве чеснока и чарка водки с перцем мало чем помогали. Умерло от холеры и несколько обер-офицеров, а многие, в том числе и Дмитрий Шпажинский, были больны. Однако, не смотря на эпидемию, занятия в полку не прекращались.

В 1848 году сразу в нескольких государствах Европы вспыхивают вооруженные восстания антифеодального и национально-освободительного характера, получившие название «Весна народов» и Дмитрий Шпажинский вместе с полком перебрасывается ближе к западным границам Российской империи сначала в г. Лубны Полтавской губернии, а потом в г. Ромны. [23]

Заболевание холерой сильно ослабило здоровье Дмитрия Михайловича Шпажинского, и он подаёт рапорт об оставлении военной службы «за болезнью». 11 марта 1849 г. издаётся Высочайший указ об увольнении Шпажинского. [24]


Рис. 18. Высочайший указ об увольнении Д.М. Шпажинского со службы. [24]

Однако, ещё в конце августа 1848 г. все отпуска и отставки в полку были приостановлены.

15 июня 1849 года полк выступил в поход в Галицию, бывшею тогда частью Австро-венгерской империи. За все следование полка по Галиции никаких военных действий не было.

8 августа в полку было получено предписание о приготовлении 5 дивизиона полка, в состав которого входили 9 и 10 эскадроны к выступлению в поход к венгерским границам. Таким образом, Дмитрий Шпажинский, как командир 10 эскадрона, принял участие в Венгерской компании в составе отряда генерал-лейтенанта Мансурова.

31 августа полк выступил обратно в Россию, а 30 сентября прибыл в г. Бердичев, где и расположился на зимние квартиры. [25]

2 ноября 1849 г. Дмитрий Михайлович Шпажинский уходит в отставку в чине подполковника с мундиром и с пенсионом в две трети жалования. [8]

За участие в Венгерской компании Д.М. Шпажинский 26 ноября 1850 г. был награждён орденом Св. Великомученика Георгия 4 степени. [26]


Рис. 19. Орден Св. Великомученика и Победоносца Георгия 4 степени.

В том же году всем офицерам и нижним чинам 5 дивизиона, участвовавшим в походе против мятежных венгров были вручены памятные медали. [25]


Рис. 20. Медаль за усмирение Венгрии и Трансильвании.

Дмитрий Шпажинский был женат на курской помещице Любови Матвеевне (девичью фамилию пока установить не удалось). Шпажинские владели деревней Поныры на реке Щигор в Щигровском уезде. За Дмитрием Михайловичем по переписи 1850 года числилось 12 крепостных душ, а Любовь Матвеевна владела 37 крепостными крестьянами.


Рис. 21. Деревня Поныры на ПГМ Щигровского уезда 1782 г.

Любови Матвеевне принадлежало также имение в деревне Городище на реке Рать, в которой по 9-й ревизской сказке числилось 66 крепостных душ и 704 десятины земли (около 767 гектаров). [27]

Любовь Шпажинская была владелицей двух водяных мельниц. Первая мельница была на реке Рать при деревне Городище. Расположение второй пока не известно.


Рис. 22. Деревня Городище на р. Рать.

На мельницах Шпажинских производился помол зерна на муку, крупу, а также толчение толокна, и получение льняного масла. С ближайшей округи тянулись к мельницам подводы с зерном, а обратно - те же подводы со свежей мукой. Дорога, шедшая через мельничную плотину, соединяла деревни, расположенные на противоположных берегах реки Рати. Дмитрий Михайлович Шпажинский похвалялся соседним помещикам Григорию Александровичу Пожидаеву и Александру Григорьевичу Тимофееву, что мельница на реке Рати приносит чистого дохода более тысячи рублей в год. [28]

Умер Дмитрий Михайлович 30 января 1866 года. Похоронен в некрополе за алтарем Свято-Троицкой церкви села Троицкого на Рати.


Рис. 23. Троицкий некрополь.

Пока не понятно, какое отношение имел Дмитрий Шпажинский к Свято-Троицкому храму села Троица. Возможно Шпажинские внесли вклад в строительство бокового придела Троицкого храма, сооружение которого происходило в середине 19 века.

Ответ на этот вопрос находится в фондах Курского госархива.


ИСТОЧНИКИ:

1. Благое дело - лучшее средство от наркотиков. http://gazetakursk.ru/molodayagvardiya/5649-2012-05-21-16-30-05.html

2. https://elitsy.ru/parish/26197/detail/

3. Дворянский адрес-календарь на 1897 год. Издание Н.В. Шапошникова, СПб, 1896 г., стр. 177

4. РГВИА, ф. 3561, оп. 1, д. 149

5. ГАТО, ф. 371, оп. 1, д. 8

6. ГАТО, ф. 51, оп. 12, д. 490

7. ГАВО, ф. И-26, оп. 1, д. 53

8. РГИА, ф. 1343, оп. 51, д. 183, л. 219

9. Список генералам, штаб - и обер-офицерам всей Российской армии с показанием чинов, фамилий и знаков отличия, СПб, военная типография главного штаба Его Императорского Величества, 1828 г., стр. 415

10. Шустов В. Н. «История 25-го Драгунского Казанского полка. 1701-1901 гг.» Тип. Штаба Киевского Военного Округа, Киев, 1901г. стр. 130

11. Список генералам, штаб - и обер-офицерам всей Российской армии с показанием чинов, фамилий и знаков отличия, СПб, военная типография главного штаба Его Императорского Величества, 1831 г., стр. 651

12. Шустов В. Н. «История 25-го Драгунского Казанского полка. 1701-1901 гг.» Тип. Штаба Киевского Военного Округа, Киев, 1901г. стр. 137-138

13. Список кавалерам российских имп. и царских орденов... - Санкт-Петербург : тип. К. Вингебера, 1828-1852. - 19-25. за 1831 : Ч. 3. – 1832г. стр. 750

14. Шустов В. Н. «История 25-го Драгунского Казанского полка. 1701-1901 гг.» Тип. Штаба Киевского Военного Округа, Киев, 1901г. стр. 139-141

15. Список кавалерам российских имп. и царских орденов... - Санкт-Петербург : тип. К. Вингебера, 1828-1852. - 19-25. за 1831 : Ч. 3. – 1832г. стр. 478

16. Шустов В. Н. «История 25-го Драгунского Казанского полка. 1701-1901 гг.» Тип. Штаба Киевского Военного Округа, Киев, 1901г. стр. 142-146

17. Список майорам по старшинству, СПб, Военная типография, 1844, стр. 250

18. Россия. Военное министерство. Высочайшие приказы о чинах военных. 1837 год, 1 янв. - 30 июня. – 1837г. 20 апреля 1837 г.

19. Список кавалерам российских имп. и царских орденов... - Санкт-Петербург : тип. К. Вингебера, 1828-1852. - 19-25. за 1843 : Ч. 5. – 1844г. стр. 142

20. Шустов В. Н. «История 25-го Драгунского Казанского полка. 1701-1901 гг.» Тип. Штаба Киевского Военного Округа, Киев, 1901г. стр. 154

21. Россия. Военное министерство. Высочайшие приказы о чинах военных. 1842 год, 1 июля - 31 декабря. – 1842 г. 6 декабря 1842 г.

22. Список кавалерам российских имп. и царских орденов... - Санкт-Петербург : тип. К. Вингебера, 1828-1852. - 19-25. за 1845, служащий прибавлением к общему кавалерскому списку. - 1844. стр. 34

23. Шустов В. Н. «История 25-го Драгунского Казанского полка. 1701-1901 гг.» Тип. Штаба Киевского Военного Округа, Киев, 1901г. стр. 156-157

24. Россия. Военное министерство. Высочайшие приказы о чинах военных. 1849 год, 1 января - 27 июня. – 1849 г. 11 марта 1849 г.

25. Шустов В. Н. «История 25-го Драгунского Казанского полка. 1701-1901 гг.» Тип. Штаба Киевского Военного Округа, Киев, 1901г. стр. 158

26. Список кавалерам российских имп. и царских орденов... - Санкт-Петербург : тип. К. Вингебера, 1828-1852. - 19-25. в течение 1850 года, служащий прибавлением к общему кавалерскому списку. - 1851. стр. 12

27. «Труды Курского губернского статистического комитета». Вып. 1, Курск 1863 г., стр. 147, 274

28. Курское уездное земское собрание. Журналы заседаний Курского уездного земского собрания. Очередного с 22 по 26 сентября 1867 года, Курск, 1868 г., стр. 19-21

Автор выражает благодарность Евгении Голубковой за помощь в поиске материалов о семье Шпажинских в фондах Государственного архива Тульской области.


Предоставлено автором для публикации на сайте "Курск дореволюционный"


Ваш комментарий:


Компания 'Совтест' предоставившая бесплатный хостинг этому проекту счетчик посещений
Читайте нас в
поддержка в твиттере

Дата опубликования:
03.07.2020 г.

 

Дата просмотра:      © 2002- сайт "Курск дореволюционный" http://old-kursk.ru Обратная связь: В.Ветчинову