Главная Поиск Усадьбы
и здания
ПЕРСОНАЛИИ Статьи
Книги
ФОТО Ссылки Aвторские
страницы

 

 

 

 

ВЛАДЕЛЬЧЕСКАЯ ПРИНАДЛЕЖНОСТЬ КУРСКОГО КНЯЖЕСТВА В XI—XIII ВВ.

автор: А.И. Раздорский

(Печатная версия: Очерки феодальной России. Вып. 2. М., 1998. С. 3–21).

На протяжении XVIII—XX вв. владельческая принадлежность Курского княжества с разной степенью подробности не раз рассматривалась как в работах историков, занимавшихся изучением Древней Руси в целом (1) и Северской земли, в частности (2), так и в трудах курских краеведов (3). Сведения по этому вопросу содержатся в различных справочных изданиях (4), в т. ч. историко-генеалогических, среди которых особо следует выделить недавно вышедший во Франции фундаментальный справочник Д. Донского (5). Вместе с тем специального развернутого очерка, освещающего политическую историю Курской земли на всем протяжении домонгольского периода, в современной историографии не имеется, несмотря на наличие весьма ценных исследований (прежде всего это опубликованные в 70-е гг. статья А. К. Зайцева и монография О. М. Рапова) (6), в которых среди прочего разбирался и владельческий статус этой территории.

В данной статье ставится задача дать по возможности более подробный обзор владельческой принадлежности Курского княжества в XI—XIII вв. — ключевого момента в политической истории этого весьма своеобразного пограничного региона Древней Руси. В литературе по этому поводу накопился ряд неточностей и фактических ошибок, к сожалению, периодически повторяемых, на которые мы стремились указать. Кроме того, сделана попытка гипотетически осветить отдельные вопросы, касающиеся политической истории Курского края домонгольской поры, которые в силу недостатка информации, содержащейся в источниках, остаются без удовлетворительного ответа (7)

Одни из важнейших из них — кто был первым курским князем и когда в Курске был основан княжеский стол? Имеющиеся в нашем распоряжении письменные источники не дают на эти вопросы прямого ответа. Первое же косвенное упоминание о курском княжеском столе содержится в статье 1095 г. "Повести временных лет": "В се же время приде Изяславъ, сынъ Володимерь, ис Курска к Мурому" (8).

В исторической и краеведческой литературе первым курским князем часто называется сын Владимира Мономаха [см. в генеалогической таблице под номером 6] Изяслав [13]. Возникновение княжеского стола в Курске в этом случае, как правило, приурочивается к концу XI в. Так, в конце XIX в. преподаватель Курского епархиального женского училища И. С. Чеканов, перу которого принадлежит, пожалуй, один из самых подробных и обстоятельных очерков истории Курского княжества, высказал предположение о том, что княжеский стол в Курске возник в 1093 или 1094 г. (9) Позднее курский краевед А. А. Танков относил это событие к 1094 г., но, как и его предшественник, никак не аргументировал такой вывод (10).

В историографии встречается также мнение и о более ранней дате возникновения курского княжеского стола. Так, в комментарии к "Поучению Владимира Мономаха" Д. С. Лихачев отметил, что в результате восстания в Киеве в 1068 г. и нападения половцев отец Владимира Мономаха переяславский князь Всеволод Ярославич [3] ушел в Курск на княжение (11). Полагаем, что вынужденное и непродолжительное пребывание Всеволода в Курске не следует понимать как "княжение" и рассматривать его как создание нового княжеского стола. В это время Всеволод, по крайней мере номинально, продолжал оставаться переяславским князем и сохранял под своим контролем огромные территории не только на юге, но и на северо-востоке Руси.

Согласно другой гипотезе, высказанной И. М. Ивакиным, свой князь появился в Курске еще в 1077 г. По мнению исследователя, это был Олег Святославич [5], получивший Курск в качестве компенсации за потерянный им тогда же Владимир-Волынский (12). Однако данное предположение противоречит "Повести временных лет": по ней Олег после того, как он лишился Владимира-Волынского, находился у Всеволода Ярославича в Чернигове. 10 апреля 1078 г. Олег бежал оттуда в Тмутаракань (13).

Кто же мог быть первым курским князем? Согласно "Житию Феодосия Печерского", сообщающему достаточно подробные сведения о Курске 30-х — 40-х гг. XI в., город в это время управлялся "властелином" (14). Здесь, очевидно, надо говорить о посаднике киевского князя, а никак не о собственном князе.

Согласно господствующему в исторической науке мнению, по "ряду" Ярослава Мудрого [1] Курск в 1054 г. вошел в состав Переяславского княжества, доставшегося его сыну Всеволоду (в 1068 г., как уже было указано выше, город принадлежал именно ему) (15). В самом Курске ни Всеволод Ярославич, ни два его сына – Владимир Мономах и Ростислав [7] – никогда не княжили. У Ростислава, погибшего в 1093 г.(16), детей не было, поэтому первого курского князя следует искать только лишь среди сыновей Мономаха.

Старший Мономашич — Мстислав [12] — еще отроком в 1088 г. был послан княжить в Новгород Великий, а в 1093 г. переведен оттуда в Ростов (17 ) . Никак не могли занимать курский стол до Изяслава и самый младший сын Мономаха, Андрей [16], родившейся в 1102 или 1103 г. (18), и, судя по всему, Юрий [15], который родился в 1090 г. (по данным В. Н. Татищева) и около 1095 г. в сопровождении боярина Георгия Симоновича был послан княжить в Ростов (19). Представляется маловероятным княжение в Курске до середины 90-х гг. XI в. и остальных их братьев, т. к. они были тогда еще слишком молоды (например, Ярополк [14], как сообщает В. Н. Татищев, родился в 1082 г.) (20). Они появляются на политической арене начиная лишь с середины 90 х гг. XI в.

Таким образом, пожалуй, только второй сын Мономаха — Изяслав, родившийся приблизительно в 1077 г. (21) и являвшийся к середине 90-х гг. уже взрослым человеком, самостоятельно участвовавший в походах и сражениях, и мог быть первым курским князем.

Когда и при каких обстоятельствах в Курске возник княжеский стол? Ответ на эти вопросы дать еще сложнее, чем установить личность первого курского князя. Тем не менее, рискнем предложить следующую версию.

Наиболее вероятной датой возникновения курского княжеского стола является, по нашему мнению, 1094 или 1095 г. В 1094 г. пришедший из Тмутаракани Олег Святославич с помощью половцев изгнал из Чернигова Мономаха, княжившего в нем с 1078 г. Последний был вынужден уйти на княжение в принадлежавший еще его отцу Переяславль. В 1095 г. между Мономахом и Олегом, по выражению летописца, встала "ненависть" (22).

Надо полагать, что с потерей Чернигова неизбежно ослабевал контроль Мономаха над стратегически важным для него в борьбе с Олегом Посемьем, которое по своему географическому положению тяготело больше к Чернигову, чем к Переяславлю (23). Обладание этой территорией было в равной степени важно как для Олега, так и для Мономаха. Через Посемье проходили водные пути, связывающие Чернигов с портом на Азовском море — Тмутараканью, откуда пришел Олег, а Переяславль — с ростово-суздальскими владениями Мономаха (24). Кроме того, через Посемье, граничившее на значительном протяжении со степью, могли легко проникнуть на Русь половцы — союзники Олега.

Представляется весьма вероятным, что уже тогда Олег вынашивал планы отторжения Посемья от владений Мономаха. Думается, что неспроста в сентябре 1096 г., обращаясь к находившемуся в Муроме Изяславу, Олег предлагал ему уйти из города, но не обратно в Курск, а в Ростов (25 ) . В пользу данного предположения говорит также и то, что после завершения войны с Мономахом Олег получил-таки Посемье. В сложившейся в 1094 г. ситуации Мономах, вероятно, стремился укрепить свои позиции в Посемье посылкой в Курск на княжение своего сына. Тем самым не только решалась задача наделения подросшего сына волостью, но и отрезались от Олега Тмутаракань и половецкие степи.

Изяслав оставался в Курске, по-видимому, до 1096 г. (именно к этому времени приурочивается на самом деле его поход на Муром) (26 ) . К этому времени Олег уже бежал из Чернигова, и соответственно у Мономаха отпала необходимость держать в Курске сына, более того — появилась возможность занять Муром. Эта акция, по нашему мнению, вероятно, преследовала цель проложить "коридор" между северными и южными владениями Мономаха. В письме к Олегу Мономах отрицал свою причастность к захвату Мурома и в качестве инициаторов похода называет дружину Изяслава, якобы подговорившую молодого князя на этот рискованный шаг (27 ). Однако в труде В. Н. Татищева есть сообщение о том, что сам Мономах приказал Изяславу занять этот город (28 ) . Данное известие представляется, на наш взгляд, более правдоподобным. Трудно допустить, что Изяслав мог предпринять столь ответственное предприятие, как поход на чужую волость, без согласования с отцом, тем более что оно, без сомнения, было на руку Мономаху.

Судьба первого курского князя после занятия им Мурома сложилась трагично: 6 сентября 1096 г. Изяслав погиб в сражении с войсками Олега Святославича, пришедшими в муромскую землю (29 ) .

В 1097 г. Олег в свою очередь потерпел поражение в войне против Мономаха и лишился всех захваченных ранее земель и городов. Дальновидный политик и опытный дипломат Владимир Мономах понимал, что оставить этого беспокойного князя совсем без владений было нельзя, так как это неизбежно привело бы к новой внутренней смуте на Руси и без того подвергавшейся постоянным половецким набегам. В историографии принято считать, что на съезде князей в Любече (1097 г.), созванного по его инициативе, было принято решение о создании нового княжества с центром в Новгороде-Северском, которое и было передано Олегу (30 ). Видимо, тогда же в качестве компенсации за понесенные в войне территориальные потери Мономах уступил ему и Курск с Посемьем (31).

Соперничество за обладание этой территорией между Владимиром Мономахом и Олегом Святославичем унаследовали и их потомки — Мономашичи и Ольговичи. На протяжении всей первой половины XII в. между этими двумя княжескими группировками за Курск с Посемьем шла почти непрерывная, весьма ожесточенная и упорная борьба. Основная причина этого явления кроется в выгодном географическом положении этого региона, контроль над которым значительно усиливал позицию той или иной стороны во внутриполитических спорах, и в частности — при определении судьбы киевского великого княжения. Постоянные усобицы приводило к тому, что князья в Курске то и дело сменяли друг друга, а сам курский стол долгое время носил нерегулярный характер.

После Изяслава Владимировича своего князя в Курске не было, вероятно, довольно долго. Лишь в 1127 г. в ходе усобицы между черниговским князем Всеволодом Ольговичем [9], с одной стороны, и Мстиславом и Ярополком Владимировичами (киевским и переяславским князьями), с другой, курский стол занял сын Мстислава Изяслав [21] (32 ). В августе этого года он из Курска со своим полком был отправлен Мстиславом в поход на Полоцкую землю (33) . Интересно, что в этом же выступлении участвовал и Всеволод Ольгович. Данное обстоятельство свидетельствует о примирении его с Мстиславом Владимировичем, достигнутого, как полагал А. Е. Пресняков, в результате уступки сыну киевского князя Курска (34). Спустя всего два года Изяслав получил от отца Полоцкую землю и оставил город (35). С этого времени Курск управлялся посадниками переяславского князя Ярополка (36 ).

Среди потомков Мономаха нередко возникали внутренние распри, которыми, поддерживая в них то одну, то другую сторону, стремились воспользоваться в своих интересах Ольговичи. Так, в 1132—1136 гг. они в союзе с Изяславом Мстиславичем вели войну со старшими Мономашичами — Ярополком Владимировичем и его братьями. Нанеся им в начале 1136 г. решающее поражение в Супойской битве, Ольговичи добились возвращения себе Курска с Посемьем (37 ).

С 1136 г. в Курске княжил Глеб Ольгович [11]. Известно, что в 1137 г. он водил курян в поход на Псков (38). Осенью 1138 г. он умер (по сведениям В. Н. Татищева — в Курске) (39) и курский стол перешел к его брату Святославу [10] (40 ). Несколько раз Святослав порывался сменить курское княжение на более престижное и доходное. В 1139 г. его вторично пригласили княжить в Новгород Великий (первый раз он сидел там в 1136—1138 гг.), но вскоре он снова возвратился с берегов Волхова в Курск, будучи изгнанным новгородцами (41) . Неудачей закончился для Святослава и предпринятая им в 1139 г. совместно с братом Всеволодом, ставшего к этому времени киевским князем, попытка поменять Курск на Переяславль. Переяславский князь Андрей [16] решительно отверг подобный обмен, заявив, что "ле плее ми того смерть а своею дружиною на своеи во очине и на де дне нежели Курьское княженье. Отец мои Курьске не се де л но в Переяславли" (42 ) .

Столь категоричный ответ Андрея Владимировича дал повод некоторым историкам утверждать, что князья не дорожили обладанием Курским княжеством и в иерархии княжеских столов ставили его чрезвычайно низко (43) . Однако такое истолкование княжеских слов представляется чисто текстуальным, а главное — оторванным от вполне очевидной конкретной исторической ситуации. Несомненно, курский стол не шел ни в какое сравнение с Переяславлем, этого своего рода трамплина для занятия великого киевского стола. В жестокой борьбе между Мономашичами и Ольговичами обладание Переяславским княжеством значило слишком много и для тех, и для других, поэтому Андрей так решительно и воспротивился навязываемому ему обмену. С. М. Соловьев, писал, что согласие князя на предъявленное ему требование означало бы "отдать во враждебное племя Переяславль, стол дедовский и отцовский" и "не только унизить себя, но и нанести бесчестье целому племени, целой линии Мономаховичей, отняв у нее то значение, те преимущества и волости, которые были утверждены за нею Владимиром и его двумя старшими сыновьями" (44) . Андрей в сложившейся ситуации, таким образом, не мог взять за Переяславль ни Курской, ни какой-либо другой волости, и поэтому судить по его словам о месте и роли Курского княжества в системе древнерусских столов, на наш взгляд, не следует. Думается только, что едва ли его статус можно признать очень низким, если Мономашичи и Ольговичи так долго и упорно боролись за него между собой.

Как известно, для периода феодальной раздробленности постоянная смена властителей в удельных княжествах является характернейшей чертой. Это наблюдалось и на протяжении всей истории Курского княжества. Но во второй половине 40-х — начале 50-х гг. XII в. Курск начал переходить из рук в руки едва ли не каждый год. Это были годы войны между занявшим в 1146 г. Киев Изяславом Мстиславичем [21] и ростово-суздальским князем Юрием Долгоруким.

До 1146 г. Курском, как свидетельствуют статьи 1141 и 1146 гг., владел Святослав Ольгович, ставший в 1141 г. новгород-северским князем (45) . В 1146 г. он вступил в союз с Долгоруким и отдал Курск его сыну Ивану [22] (46 ) . В конце 1146 — начале 1147 гг. Святослав Ольгович был изгнан противниками из Северской земли (47) . После скоропостижной смерти Ивана в феврале 1147 г. (48) Курском завладел переяславский князь Мстислав Изяславич [30] (49 ) . Спустя полгода к Курску подступил с войском другой сын Долгорукого — Глеб Юрьевич [23]. Находившийся в это время в Курске Мстислав Изяславич обратился к курянам за помощью для борьбы с ним. Горожане оказались "меж двух огней": за каждым из противников стояли их могущественные отцы, которые могли ради своих сыновей оставить от Курска только пепел. Жители города не могли не помнить о печальной участи Путивля, взятого и разграбленного войсками Изяслава Мстиславича в 1146 г. (50) В сложившейся ситуации необходимо было обезопасить город с обеих сторон: и со стороны Изяслава (отца Мстислава) и со стороны Юрия Долгорукого (отца Глеба). И куряне нашли, наверное, единственно возможный выход: не отказав прямо в поддержке Мстиславу и заявив, что всегда готовы воевать на его стороне против Ольговичей, они сказали, что в то же время не могут выступить против сына Юрия Долгорукого: "и куряне рекоша: Мьстиславу оже се Олгович ради ся за тя бьемь и с де тьми а на Володимире племя на Гюргевича не можемъ рукы подьяти" (51) . После такого ответа Мстиславу ничего не оставалось, как уйти в свой Переяславль. Курск же перешел под власть Глеба Юрьевича (52 ) .

Осенью 1148 г. после княжеского съезда в Городце Остерском Глеб Юрьевич был изгнан своими врагами из Северской земли (53) и Курском завладел Изяслав Давыдович [8]. В августе следующего года Курск вновь вернул себе Святослав Ольгович (54) , передавший, впрочем, его вскоре во владение Юрию Долгорукому (55 ) .

Судьба Курска в 50-е гг. XII в. не очень ясна. А. К. Зайцев, сделавший тщательный анализ владельческой принадлежности Курска в первой половине XII в. считает, что до весны 1152 г. в нем, вероятно, княжил сын Долгорукого Василько Юрьевич [25], оставленный с небольшой дружиной в помощь Святославу Ольговичу, а затем правили последовательно посадники переяславского князя Мстислава Изяславича и Глеба Юрьевича. И лишь в конце 50-х гг. после смерти Юрия Долгорукого Курском окончательно завладели Ольговичи, завершив тем самым вековой спор с Мономашичами за Посемье в свою пользу (56 ) .

С 1161 по 1164 гг. в Курске княжил сын черниговского князя Святослава Ольговича Олег [18] (57 ) . В 1164 г. после смерти отца он попытался было занять черниговский стол, но его опередил двоюродный брат Святослав Всеволодович [17]. По договору с ним Олег получил тогда Новгород-Северский (58 ) .

В 80-е гг. XII в., как следует из "Слова о полку Игореве", Курск принадлежал "Буй-Туру" Всеволоду Святославичу [20] (59) . Он получил его во владение, вероятно, вскоре после перехода своего брата Олега на новгород-северское княжение. По сведениям В. Н. Татищева, Олег выделил в это время братьям Игорю [19] и Всеволоду уделы из своих владений (60 ) . Из известий Ипатьевской летописи известно, что, помимо Курска, Всеволод владел также Трубчевском (61) . В каком именно городе — в Курске или в Трубчевске — располагался его княжеский стол, неясно. В историографии и справочной литературе Всеволод именуется в одних случаях только князем курским, в других — только трубчевским, в третьих — курским и трубчевским. По нашему мнению, более вероятным местом княжения Всеволода следует считать Курск. Скорее всего и во второй половине XII в. в Северской земле продолжала существовать сложившаяся ранее иерархия княжеских столов, по которой курский был, несомненно, вторым после новгород-северского. Вспомним, что в то время, когда Всеволод и Святослав Ольговичи княжили соответственно в Чернигове и Новгороде Северском, их младший брат Глеб сидел именно в Курске. В пользу пребывания "Буй-Тура" на княжении в Курске указывает и его более выгодное по сравнению с Трубчевском географическое положение, а также то, что он, очевидно, превосходил последний своими размерами (62) . Наконец, представляется маловероятным, чтобы по прошествии сравнительно небольшого отрезка времени после успешного завершения долгой и напряженной борьбы за Курск с Мономашичами, Ольговичи осмелились оставить этот город совсем без князя (63) .

В 20-е гг. XIII в. на курском столе сидел князь по имени Олег. В 1223 г. он во главе курской дружины храбро сражался с монголами в битве на реке Калке (64) . Олег Курский обладал значительным политическим влиянием во всей Чернигово-Северской земле. В 1226 г. он попытался даже отнять черниговский стол у князя Михаила Всеволодовича [33], и тому удалось сохранить за собой Чернигов только с помощью своего могущественного родственника, шурина, владимиро-суздальского князя Юрия [32]. В примирении враждующих участвовал также присланный киевским князем Владимиром Рюриковичем митрополит Кирилл (65) . То обстоятельство, что конфликт между Михаилом Всеволодичем и Олегом Курским не мог разрешиться без вмешательства крупных, посторонних Чернигово-Северской земле, военных сил, свидетельствует о значительной силе курского князя (66) .

Следствием этой усобицы явилось усиление самостоятельности Курска. "Во всяком случае, — как пишет исследователь истории Черниговского княжества А. К. Зайцев, — отсутствие прямых и несомненных сведений о Новгороде-Северском, сравнительно частые упоминания Курска, факт соперничества курского князя с черниговским — все это позволяет предполагать падение значения Новгорода в Черниговской земле и возвышение нового центра — Курска" (67 ) . Надо думать, что в Черниговской земле в первой трети XIII в. происходил процесс постепенного угасания старых и возвышение новых центров. Явление, сходное с тем, что наблюдалось в Северо-Восточной Руси, где от Ростова и Суздаля ведущая роль постепенно перешла к Владимиру и Переяславлю-Залесскому. Возвышение Курска в Черниговской земле было прервано в результате монголо-татарского нашествия на Русь.

Личность князя Олега Курского до сих пор вызывает споры среди историков. Дело в том, что в летописях не названо отчество героя битвы на Калке и соперника Михаила Черниговского. Одни исследователи (например, В. Н. Татищев, С. М. Соловьев, М. П. Погодин, Филарет (Гумилевский), Н. Квашнин-Самарин, П. В. Голубовский, В. В. Мавродин, А. К. Зайцев) полагали, что им был сын Игоря Святославича – Олег [28] (68) , другие же (Д. И. Багалей, Р. В. Зотов, В. Г. Ляскоронский) считали, что им был сын перемышльского князя Святослава Игоревича [29] – Олег Святославич, внук Игоря Святославича (69 ) .

По поводу первой версии следует заметить, что большинство как ее сторонников, так и ее противников прошли мимо известия Густынской летописи, в которой говорится о смерти Олега Игоревича в 1205 г. (70 ) Если это сообщение верно (71 ) , то приходится признать, что Олег Курский никак не мог быть сыном Игоря Святославича, т. к. к 1223 г. его уже не было в живых. Но почему же сторонники другой точки зрения решили, что отчество Олега Курского – Святославич?

В Воскресенской и Никоновской летописях под 1228 г. сообщается о том, что ярославский князь Всеволод Константинович [36] женился в Переяславле-Южном на дочери князя Олега Святославича Марии [38] (72) . По мнению Д. И. Багалея, Р. В. Зотова, В. Г. Ляскоронского, а также О. М. Рапова (73 ) , этот Олег и Олег Курский – одно и то же лицо. Такая версия кажется достаточно правдоподобной: весьма вероятно, что через брак своего племянника Всеволода владимиро-суздальский князь Юрий Всеволодович стремился установить дружественные отношения со своим недавним противником – курским князем Олегом. Однако сыном какого именно Святослава был Олег Курский?

Как уже было отмечено, те историки, которые полагали, что отчество Олега Курского было Святославич, принимали его за сына неоднократно упоминаемого в летописях князя Святослава Игоревича. Эта версия подкреплялась и хронологическими расчетами: зная год рождения последнего (1176) (74) , можно было предположить, что его сыну Олегу Курскому ко времени битвы на Калке было как раз около 20 лет и он, скорее всего, и мог быть, как пишет Р. В. Зотов, тем "крепко бившимся" с монголами князем, о котором сообщают летописи. Едва ли можно было ожидать подобной удали от Олега Игоревича, которому в это время было бы около 50 лет. Не сбрасывая со счета мнение о том, что Олег Курский был сыном Святослава Игоревича, приведем тем не менее, еще одну – третью версию о происхождении этого князя. Принадлежит она упоминавшемуся в начале статьи И. С. Чеканову.

Не принимая вывод о том, что Олег Курский являлся сыном Игоря Святославича, И. С. Чеканов в то же время выдвинул серьезный довод и против второй существовавшей в историографии версии о его происхождении. По его мнению, если у Святослава и были дети, то они, почти наверняка разделили участь своего отца, казненного в 1211 г. галицкими боярами. И. С. Чеканов предположил, что Олег Курский, по-видимому, был сыном Святослава Ольговича Рыльского [27], внуком Олега Святославича [18]. После смерти "Буй-Тура Всеволода" в 1196 г., полагал И. С. Чеканов, Святослав Ольгович, скорее всего, занял курский стол и, поэтому весьма вероятно, что именно его сын Олег и княжил в Курске в 20-х гг. XIII в (75 ). Версия И. С. Чеканова, на наш взгляд, выглядит, по крайней мере, ни чуть не менее правдоподобной чем та, которую предложили Д. И. Багалей, Р. В. Зотов и другие историки. Интересно, что Д. Донской – составитель новейшего капитального справочника по генеалогии Рюриковичей, – также, как и И. С. Чеканов, считает Олега Курского сыном Олега Святославича Рыльского (76 ).

Сведения о последних курских князьях Георгии (отце) [34] и его сыне Георгии (Юрии) Георгиевиче [37], Дмитрии Курском [35] и его сыне Василии [39] содержатся в Любецком синодике (помяннике), принадлежавшим Антониеву монастырю, а затем Воскресенской церкви города (позднее местечка) Любеча Черниговской губернии. Эти князья, по мнению наиболее авторитетного исследователя Любецкого синодика Р. В. Зотова, владели Курском в XIII в. Однако уточнить конкретно годы их княжения не представляется возможным. Под именем Георгия (отца) в синодике, как предполагал Р. В. Зотов, упоминается Олег Святославич Курский (известно, что князья в Древней Руси имели обычно два имени — традиционное княжеское и христианское, данное при крещении) (77).

Князь Дмитрий княжил в Курске после Олега-Георгия Святославича и его сына Георгия, так как он помещен в синодике ниже этих двух курских князей. По своему происхождению Дмитрий, считал Р. В. Зотов, возможно, был внуком Игоря Святославича и родным братом Олега Святославича Курского. Сын Дмитрия Василий, как сообщает синодик, был убит татарами (78 ) . Возможно это произошло в 1275 г., когда в Курской земля была разорена татарами, возвращавшимися после похода на Литву (79). С гибелью Василия курская династия прерывается.

К 80-м гг. XIII в., как следует из сообщений Воскресенской и Никоновской летописей, повествующих о выступлении рыльского и воргольского князя Олега (80) и липецкого князя Святослава против ордынского баскака Ахмата, Курск утратил значение административного центра княжества и курский княжеский стол прекратил свое существование, хотя само княжество по традиции и продолжалось еще именоваться "Курским" (81).

ХРОНОЛОГИЧЕСКАЯ ТАБЛИЦА
владельческой принадлежности Курска после смерти Ярослава Мудрого

I. 3. Всеволод Святославич 1054–1093
II. 6. Владимир Всеволодович Мономах 1093–1094/1095(?)
III. 13. ИЗЯСЛАВ ВЛАДИМИРОВИЧ 1094/1095(?)–1096
IV. 5. Олег Святославич 1097(?)–1115
V. 21. ИЗЯСЛАВ МСТИСЛАВИЧ 1127–1129
VI. 14. Ярополк Владимирович 1129–1136
VII. 11. ГЛЕБ ОЛЬГОВИЧ 1136–1138
VIII. 10. СВЯТОСЛАВ ОЛЬГОВИЧ* 1138–1146
IX. 22. ИВАН ЮРЬЕВИЧ 1146–1147
X. 30. Мстислав Изяславич 1147
XI. 23. ГЛЕБ ЮРЬЕВИЧ 1147–1148
XII. 8. Изяслав Давыдович 1148–1149
XIII. 10. СВЯТОСЛАВ ОЛЬГОВИЧ 1149
XIV. 15. Юрий Владимирович Долгорукий нач. 50-х гг. XII в.
XV. 25. Василько Юрьевич (?) до 1152(?)
XVI. 30. Мстислав Изяславич (?) 50-е гг. XII в.
XVII. 23. Глеб Юрьевич (?) 50-е гг. XII в.
XVIII. 18. ОЛЕГ СВЯТОСЛАВИЧ 1161–1164
XIX. 20. ВСЕВОЛОД СВЯТОСЛАВИЧ БУЙ-ТУР 1164(?)–1196
XX. 27. СВЯТОСЛАВ ОЛЬГОВИЧ (?) с 1196(?)
XXI. 34. ОЛЕГ (СВЯТОСЛАВИЧ-?) КУРСКИЙ 20-е гг. XIII в.
XXII. 37. ЮРИЙ (ГЕОРГИЙ) ОЛЬГОВИЧ XIII в.
XXIII. 35. ДМИТРИЙ (СВЯТОСЛАВИЧ-?) XIII в.
XXIV. 39. ВАСИЛИЙ ДМИТРИЕВИЧ XIII в.

В первой колонке приведен порядковый номер записи, второй номер в генеалогической таблице. Князья, княжившие в Курске выделены прописными буквами.


ПРИМЕЧАНИЯ:

* С 1139 по 1141 княжил в Новгороде Великом, с 1141 г. – в Новгороде-Северском.

1 См., напр.: Татищев В. Н. История Российская. Т. 2, 3; Щербатов М. М. История Российская с древнейших времен. Т. 2; Карамзин Н. М. История государства Российского. Т. 2, 3; Погодин М. П. Древняя русская история до монгольского ига. Т. 1—3; Соловьев С. М. История России с древнейших времен. Кн. 1. Т. 1, 2.

2 См., напр.: Голубовский П. В. История Северской земли до половины XIV столетия. Киев, 1881; Багалей Д. И. История Северской земли до половины XIV столетия. Киев, 1881; Зотов Р. В. О черниговских князьях по Любецкому синодику и о Черниговском княжестве в татарское время. СПб., 1892; Ляскоронский В. Г. История Переяславской земли с древнейших времен до половины XIII столетия. Киев, 1903; Мавродин В. В. Очерки истории Левобережной Украины (с древнейших времен до второй половины XIV века). Л., 1940.

3 См., напр.: Ларионов С. И. Описание Курского наместничества из древних и новых разных о нем известиях вкратце собранное Сергеем Ларионовым того наместничества Верхней Расправы прокурором. М., 1786 (перепечатано также в: Памятная книжка Курской губернии на 1893 г. С. 1—82 5-й паг.; Робуш С. Исторические сведения о Курске и его губернии. Ст. 1: История отношений князей курских к великим князьям киевским // Курские губернские ведомости (далее КГВ). 1849. Ч. неофиц. № 11—12; Головашенко А. Исторический очерк Курской губернии // КГВ. 1854. Ч. неофиц. № 25—27; Краткий очерк Курской губернии: (Материалы для описания Курского края) // Памятная книжка Курской губернии на 1892 г. Курск, 1892; Чеканов И. Очерки церковно-политической истории Курского княжества // Курские епархиальные ведомости. Ч. неофиц. 1892. № 44. С. 727—729; Златоверховников Н. И. Краткий исторический очерк Курского края с древнейших времен до начала XX столетия. Курск, 1912; Танков А. А. Историческая летопись Курского дворянства. Т. 1. М., 1913; Сенаторский Н. П. Историко-этнографический очерк Курского края // Вестник Курского губисполкома. 1923. № 16—17; Самсонов В. И. Прошлое старых городов Курской области // Прошлое Курской области. Курск, 1940; Липкинг Ю. А. Далекое прошлое соловьиного края. Воронеж, 1971; Самсонов В. И., Липкинг Ю. А. Курск — древний русский город // Курск: Очерки истории города. 3-е изд. Воронеж, 1975. Кроме того см.: Анпилогов Г. Н. О городе Курске X—XVI вв. // Вестник Московского университета. Сер. 8. М., 1979; Амелькин А. О. Сведения о Курске XI — XIII веков в древнерусской книжности // Проблемы исторической демографии и исторической географии Центрального Черноземья: Сб. науч. докл. IV межвуз. конф. по ист. демогр. и ист. геогр. Центр. Черноземья. М.–Курск, 1994.

4 Щекатов А. М. Словарь географический Российского государства... . Ч. 3. М., 1804; Энциклопедический словарь / Изд. Ф. А. Брокгауза и И. А. Ефрона. Т. 17. СПб., 1896. С. 103; Творогов О. В. Курск // ЭСПИ. Т. 3. СПб., 1995.

5 См., напр.: Донской Д. Genealogie des Rurikides: (Manuel) = Справочник по генеалогии Рюриковичей. Ч. I: (Сер. IX–нач. XIV вв.) / Под ред. кн. Д. М. Шаховского. Rennеs, 1991; Коган В. М. История дома Рюриковичей: (Опыт историко-генеалогического исследования). СПб., 1993.

6 Зайцев А. К. Черниговское княжество // Древнерусские княжества X — XIII вв. М., 1975; Рапов О. М. Княжеские владения на Руси в X — первой половине XIII вв. М., 1977.

7 В сокращенном варианте основные положения настоящей статьи получили отражение в ряде ранее опубликованных работ автора (см.: Раздорский А. И. 1) О возникновении княжеского стола в Курске // Деснинские древности: Материалы межгос. науч. конф. "История и археология Подесенья", посвященной памяти брянского археолога и краеведа... Ф. М. Заверняева. Брянск, 1995. С. 137—140; 2) Курские князья // Сеймские берега: Курский краеведческий журнал. Курск. 1996. № 3. С. 2—7; 3) Князья курские XI—XIII вв. // Курск: Краеведческий словарь-справочник. Курск, 1997. С. 170—172.

8 ПВЛ. Изд. 2-е, испр. и доп. СПб., 1996. С. 96.

9 Чеканов И. Указ. соч. С. 727—729.

10 Танков А. А. Указ. соч. С. 7.

11 В "Поучении чадам" Мономаха сказано: "первое к Ростову идохъ сквозе Вятич е , посла мя отець, а самъ иде Курьску" (ПВЛ. С. 102, 521). Датировка этого события осенью 1068 г. была обоснована С. М. Соловьевым и И. М. Ивакиным (см.: Соловьев С. М. Указ. соч. Кн. 1. Т. 2. М., 1959. С. 695—696; Ивакин И. М. Князь Владимир Мономах и его Поучение. Ч. 1: Поучение детям, письмо к Олегу и отрывки. М., 1901. С. 146).

12 Ивакин И. М. Указ. соч. 145, 159—160.

13 ПВЛ. С. 85.

14 Д. Абрамович. Киево-Печерський Патерик. Київ, 1991. С. 27. О времени пребывания Феодосия в Курске см.: Склярук В. И. К биографии Феодосия Печерского // ТОДРЛ. Т. 41. Л., 1988. С. 317—323; Щавелев С. П. Возраст личности и история общества: Новое прочтение курской биографии Феодосия Печерского // Проблемы исторической демографии и исторической географии Центрального Черноземья... . С. 21—29.

15 См., напр.: Погодин М. П. Разыскания о городах и пределах древних русских княжеств с 1054 по 1240 гг. // ЖМВД. 1848. Ч. 24. С. 96—97; Голубовский П. В. Указ. соч. С. 63; Мавродин В. В. Указ. соч. С. 155—157; Зайцев А. К. Указ. соч. С. 90; ПВЛ. С. 635. С. М. Соловьев считал, что Курск в 1054 г. отошел к Черниговскому княжеству, а в 1096 г. был захвачен Изяславом Владимировичем у Святославичей (Указ. соч. Кн. 1. Т. 1. С. 277—278). Однако его точка зрения не получила признания в историографии.

16 ПВЛ. С. 93.

17 НПЛ. М.; Л., 1950. С. 470; Рапов О. М. Указ. соч. С. 139—140.

18 ПСРЛ. Т. 2. М., 1962. Стб. 252; Рапов О. М. Указ. соч. С. 143. И. М. Ивакин относит рождение Андрея к 1103 г. (Указ. соч. С. 257).

19 Татищев В. Н. Указ. соч. Т. 2. М.; Л., 1963. С. 96; Д. Абрамович. Киево-Печерський Патерик. С. 5.

20 Татищев В. Н. Указ. соч. Т. 1. М.; Л., 1962. С. 374.

21 Родившийся в 1076 г. Мстислав и его брат Изяслав были, вероятно, погодки. Олег Святославич приходился обоим Владимировичам крестным отцом. В письме к Олегу Владимир Мономах укоряя его за смерть сына пишет, что он убил "детя мое и твое". Крестить же княжичей Олег мог только до своего разрыва с Всеволодом Ярославичем и бегства в Тмутаракань, т. е. до 1078 г. (см.: Ивакин И. М. Указ. соч. С. 46, 295).

22 ПВЛ. С. 96.

23 О границах Курского княжества и его городах см.: Зайцев А. К. Указ. соч. С. 95—97; Плетнева С. А. О юго-восточной окраине русских земель в домонгольское время // КСИА. Вып. 99. М., 1964. С. 24—28, 30; Енуков В. В. География Курской земли XI—XIV вв. // Проблемы исторической демографии и исторической географии Центрального Черноземья и Запада России М.; Брянск, 1996. С. 20—22.

24 Верховья Сейма почти соприкасаются с верховьями Северского Донца, а река Тускарь (у впадения которой в Сейм стоит Курск) в древности через свой приток Снову выходила в т. н. "Самодуровское озеро", где тогда брала начало Ока (см.: Орлов А. А. Истоки рек Оки, Свапы, Сновы и Сновки // Труды Курской губернской ученой архивной комиссии. Вып. 1. Курск, 1911. С. 134; Енуков В. В., Щавелев С. П. Основные направления торговых связей Курской земли в X—XIII вв. // Торговля Курского края с древнейших времен до начала XX века: Сб. ст. и материалов. Курск, 1996. С. 14—15.

25 ПВЛ. С. 108.

26 См.: Ивакин И. М. Указ. соч. С. 306.

27 ПВЛ. С. 106.

28 Татищев В. Н. Указ. соч. Т. 2. С. 104

29 ПВЛ. С. 108.

30 См., напр.: Голубовский П. В. Указ. соч. С. 100; Зайцев А. К. Указ. соч. С. 81, 87—88; Донской Д. Указ. соч. С. 35, 243.

31 К числу подобного рода компенсаций можно отнести передачу князю Давыду Игоревичу на Уветичском съезде в 1100 г. городов Бужск, Дубен и Черторыеск (Святополком Изяславичем), и 200 гривен (Мономахом и Святославичами) (Зайцев А. К. С. 109). Статья 1135 г. Ипатьевской летописи косвенно свидетельствует о том, что Олег держал Курск во время княжения Мономаха в Киеве (т. е. не позднее 1113—1115 гг.). В 1135 г. Ольговичи требуя у Ярополка возвращения им Курского княжества говорили: "что ны отець держалъ при вашем отци, того же и мы хочемъ" (ПСРЛ. Т. II. Стб. 296—297). См. об этом: Зайцев А. К. Указ. соч. С. 94.

32 "...Ярополчи бо бяхуть посадници и по всеи Семи и Мстиславича Изяслава посадилъ Курьске" (ПСРЛ. Т. I. Стб. 296). Из статьи 1127 г. Ипатьевской летописи были изъяты сообщения о принадлежности Курска Изяславу Мстиславичу (см.: Насонов А. Н. История русского летописания XI—начала XVIII вв.: Очерки и ислледования. М., 1969. С. 98—100; Зайцев А. К. Указ. соч. С. 91, 95).

33 ПСРЛ. Т. I. Стб. 298.

34 Пресняков А. Е. Княжое право в Древней Руси: Очерки по истории X—XII столетий. Лекции по русской истории: Киевская Русь. М., 1993. С. 68.

35 ПСРЛ. Т. I. Стб. 301.

36 В 1136 г. "... и вда Ярополкъ Олговичемъ отчину свою", т. е. Курск, принадлежавший его отцу — Владимиру Мономаху (ПСРЛ. Т. II. Стб. 299—300). См. также: Зайцев А. К. Указ. соч. С. 92.

37 ПСРЛ. Т. II. Стб. 299—300.

38 НПЛ. С. 25, 210.

39 ПСРЛ. Т. I. Стб. 306; Татищев В. Н. Указ. соч. Т. 2. С. 151. В. Н. Татищев датирует смерть Глеба 1139 г. Глеб был родоначальником курской линии Ольговичей, вскоре, однако, пресекшейся со смертью его сыновей Изяслава и Ростислава (Зотов Р. В. Указ. соч. С. 225).

40 ПСРЛ. Т. I. Стб. 307.

41 ПСРЛ. Т. I. Стб. 308; НПЛ. С. 24, 25.

42 ПСРЛ. Т. I. Стб. 307. Сообщение о принадлежности Курска Святославу Ольговичу отсутствует в текстологически одинаковым с Лаврентьевским текстом фрагментом статьи 1140 г. Ипатьевской летописи (ср.: ПСРЛ. Т. II. Стб. 304—305). См. об этом: Зайцев А. К. Указ. соч. С. 95. В "Слове Даниила Заточника" слова, сказанные Андреем, были вложены в уста другому сыну Юрия Долгорукого — князю Ростиславу (Слово Даниила Заточника // О, Русская земля! М., 1982. С. 75, 337.).

43 См., напр.: Багалей Д. И. Указ. соч. С. 194.

44 Соловьев С. М. Указ. соч. Кн. 1. Т. 2. С. 430.

45 "иде Святославъ Курьску б е бо и Нов е с е де С е верьск е " (ПСРЛ. Т. II. Стб. 309); "Святослав е ха Курьску уставливать людии" (Там же. Стб. 328).

46 ПСРЛ. Т. II. Стб. 332.

47 ПСРЛ. Т. II. Стб. 332—338.

48 ПСРЛ. Т. II. Стб. 359.

49 ПСРЛ. Т. II. Стб. 355.

50 ПСРЛ. Т. II. Стб. 333—334. Содержащийся в статье 1146 г. Ипатьевской летописи рассказ об осаде Новгорода-Северского войсками Мстиславича Изяславича некоторые курские краеведы из-за имеющихся там слов "поидоша къ вратомъ Курьским" (ПСРЛ. Т. II. Стб. 331) ошибочно приняли за описание сражения у стен Курска (Танков А. А. Указ. соч. С. 23. Булгаков Г. И. Курск в прошлом (10 — 18 вв.) // Известия Курского губернского общества краеведения. 1927. № 1—2. С. 41).

51 ПСРЛ. Т. II. Стб. 355—356. .А. К. Зайцев полагает, что такой ответ курян свидетельствует об их недоброжелательном отношении к Ольговичам (указ. соч. С. 93—94). Нам, однако, такое прочтение летописного текста кажется слишком буквальным. В сложившейся в 1147 г. ситуации жителям Курска ничего не оставалось, как откреститься от Святослава, который в отличии от Глеба и Мстислава в этот момент не представлял для них опасности. Но в городе наверняка имелось определенное число сторонников Святослава, которые вынуждены были на время поступиться своими политическими симпатиями ради спасения Курска от погрома. Поэтому судить по приведенным словам курян об их отношении к Ольговичам вообще вряд ли правомерно.

52 ПСРЛ. Т. II. Стб. 355—356. Несколько иначе события 1147 г. в Курске изложены у В. Н. Татищева: в город к Святославу Ольговичу приходят Глеб и Мстислав Юрьевичи. В своем обращении к Святославу куряне советуют "оставить войну противо роду Владимирова", после чего Мстислав Юрьевич возвратился к отцу в Суздаль (Татищев В. Н. Указ. соч. Т. 2. С. 177). В данном случае историк допустил рад фактических неточностей: куряне обращались не к Святославу Ольговичу, а к находившемуся в это время в Курске Мстиславу Изяславичу; город покидает не Мстислав Юрьевич (он не участвовал в этих событиях), а Мстислав Изяславич (ср. с сообщением Ипатьевской летописи).

53 ПСРЛ. Т. I. Стб. 320; Т. II. Стб. 366—367.

54 Святослав "взя Курескъ и с Посемьемь и Сновьскую тисячу у Ислава" (ПСРЛ. Т. II. Стб. 384).

55 В переговорах с Юрием Долгоруким его брат Вечяслав, бывший номинальным киевским князем при Изяславе Мстиславиче, говорит "... по е ди же у свои Переяславль и в Курескъ" (ПСРЛ. Т. II. Стб. 431). По предположению А. К. Зайцева Святослав Ольгович, возвратив себе Курск, отдал Юрию согласно прежней договоренности, по которой город принадлежал Ивану и Глебу Юрьевичам (Указ. соч. С. 93).

56 Зайцев А. К. Указ. соч. С. 94. По подсчетам историка, за время, прошедшее после раздела "Русской земли" Ярославом Курск принадлежал Переяславлю около 60 лет, а Чернигову — около 40.

57 В 1161 г. Олег "нача ся просити у отца Курьску" (ПСРЛ. Т. II. Стб. 313). О. М. Рапов ошибочно полагает, что в 1161 г. Курск был дан Святославом Всеволодичем своему сыну Олегу Святославичу (Указ. соч. С. 116). В статье 1161 г. Ипатьевской летописи речь идет о сыне Святослава Ольговича.

58 ПСРЛ. Т. II. Стб. 522—523.

59 Слово о полку Игореве. М.; Л., 1950. С. 11—12. В росписи курских князей, помещенной в справочнике Д. Донского, явно не на своем месте указан Василько Ярополкович, который в 1182 г. никак не мог быть владельцем Курска (С. 229). Очевидно — опечатка, должен быть Всеволод Святославич?

60 Татищев В. Н. История Российская. Т. 3. С. 79.

61 ПСРЛ. Т. II. Стб. 638.

62 Только детинец Курска уже к середине XI в. занимал огромную по тем временам площадь около 8 га (см.: Енуков В. В. География Курской земли... . С. 21).

63 Интересно, что в 1223 г. в составе русских войск, выступивших на Калку, упомянуты "куряне и трубчане и путивлици кыиждо съ своими князьми" (ПСРЛ. Т. I. Стб. 506).

64 ПСРЛ. Т. II. Стб. 744.

65 ПСРЛ. Т. I. Стб. 448.

66 Зайцев А. К. Указ. соч. С. 114.

67 Там же.

68 Татищев В. Н. Указ. соч. Т. 3. С. 220; Соловьев С. М. Указ. соч. Кн. 1. Т. 2. С. 627; Погодин М. П. Указ. соч. Т. 3. Отд. 2. С. 49–50; Филарет [Гумилевский]. Историко-статистическое описание Черниговской епархии. Кн. 5. Чернигов, 1874. (родословная табл.); Квашнин-Самарин Н. По поводу Любецкого синодика // ЧОИДР. Кн. 4. 1873. С. 8, 9; Голубовский П. В. Указ. соч. С. 182; Мавродин В. В. Указ. соч. С. 286; Зайцев А. К. Указ. соч. С. 114

69 Багалей Д. И. Указ. соч. С. 263; Зотов Р. В. Указ. соч. С. 99–101, 282; Ляскоронский В. Указ. соч. С. 375.

70 Густынская летопись // ПСРЛ. Т. II. СПб., 1843. С. 329.

71 В Густынской летописи встречаются неточности в отчествах некоторых князей. В то же время, в статье 1204 г. Московского летописного свода конца XV в. говорится о смерти не Олега Игоревича, а Олега Святославича (по-видимому, сына Святослава Всеволодовича (См. ПСРЛ. Т. 25. М.–Л., 1949. С. 104). Уверенно ответить на вопрос, действительно ли в этих двух летописях речь идет об одном и том же князе по имени Олег, а если так, то о каком именно – Игоревиче или Святославиче, на наш взгляд, вряд ли возможно.

72 ПСРЛ. Т. VII. С. 134; Т. X. С. 94.

73 Рапов О. М. Указ. соч. С. 120.

74 ПСРЛ. Т. II. Стб. 604.

75 Чеканов И. Указ. соч. // КЕВ. Ч. неофиц. 1893. № 7. С. 151–155. Версию И. С. Чеканова о занятии курского стола в 1196 г. разделял также историк Рыльска В. А. Просецкий (Просецкий В. Рыльск. Изд. 3-е, перераб. Воронеж, 1977. С. 11). Некоторые современные исследователи, правда, придерживаются иного мнения в отношении судьбы Святослава Ольговича Рыльского. Так, например, Г. Н. Моисеева основываясь на "Поколенной росписи российских великих и удельных князей", приложенной к первому изданию "Слова о полку Игореве" ограничивает жизненный путь Святослава 1186 г. (см.: Моисеева Г. Н. О времени создания "Слова о полку Игореве" // Русская литература. 1985. № 4. С. 17–19.). Об этом князе см. также: Салмина М. А. Святослав Ольгович // ЭСПИ. Т. 4. СПб., 1995. С. 276—277.

76 Д. Донской. Указ. соч. С. 96, 132, 340.

77 Зотов Р. В. Указ. соч. С. 99 — 101.

78 Там же. Указ. соч. С. 112.

79 ПСРЛ. Т. XVIII. СПб., 1913. С. 74; Приселков М. Д. Троицкая летопись. М.; Л., 1950. С. 332—333; Енуков В. В. Курское княжение в татарское время // Деснинские древности. С. 141.

80 Происхождение этих князей остается неясным. Р. В. Зотов предполагал, что Олег Рыльский и Воргольский являлся внуком рыльского князя Святослава Ольговича, а Святослав Липецкий — правнуком "Буй-Тура" Всеволода Святославича (Зотов Р. В. Указ. соч. С. 288—289). О. М. Рапов, на наш взгляд, допускает явную ошибку отождествляя Олега Курского, упоминаемого в 20-е гг. XIII в. с этим его тезкой, жившем на исходе XIII столетия (см.: Рапов О. М. Указ. соч. С. 125).

81 ПСРЛ. Т. VII. С. 176—178; Т. X. СПб., 1885. С. 162—165 (в Никоновской летописи фигурирует "Великое княжение Курское"). Согласно расчетам А. Н. Насонова события, описанные в этих летописях под 1283—1285 гг., на самом деле имели место в 1287/88—1293 гг. (Насонов А. Н. Монголы и Русь. М.; Л., 1940. С. 70).


©Материал предоставлен специально для сайта http://old-kursk.ru и опубликован в авторской редакции А.И. Раздорского

Компания 'Совтест' предоставившая бесплатный хостинг этому проекту счетчик посещений
Получайте аннонсы новых материалов, комментируйте, подписавшись на меня в
поддержка в твиттере
Князья, наместники и воеводы Курского края XI-XVIII вв.
Курская епархия

Дата опубликования:
17.05.2007 г.
Дата обновления:


Форум по статьям на сайте

 

Дата просмотра:      © 2002- сайт "Курск дореволюционный" http://old-kursk.ru Обратная связь: В.Ветчинову