КУРСКО-ОБОЯНСКАЯ НАСТУПАТЕЛЬНАЯ ОПЕРАЦИЯ
(январь 1942 г.)
Январь 1942 г. был ознаменован жестокими боями, развернувшимися в южных районах Курской области. "После разгрома вражеской группировки под Ельцом Военный совет Юго-Западного направления решил провести реализацию плана освобождения Донбасса и Харьковского промышленного района, - вспоминал Маршал Советского Союза К. С. Москаленко. - Первую наступательную операцию должны были провести 21-я и 38-я армии. Маршал С. К. Тимошенко приказал в ночь на 5 января 1942 г. овладеть Белгородом"(1).
Основную задачу по наступлению на Обоянь решали 169-я стрелковая дивизия полковника С. М. Рогачевского и 10-я отдельная танковая бригада полковника В. А. Бунтмана-Дорошкевича. 227-я (командир - полковник Г. А. Тер-Гаспарян) и 297-я (командир - полковник Г. А. Афанасьев) стрелковые дивизии непосредственно действовали против Ольшанско-Прохоровской группировки противника. 227-й стрелковой дивизии предстояло ликвидировать немецкие гарнизоны, расположенные в Верхней, Средней и Нижней Ольшанках, содействуя левому флангу наступающих на Обоянь. 297-я стрелковая дивизия должна была окружить противника, находящегося в поселке Александровский (ст. Прохоровка).
Для осуществления наступления на Обоянь в 21-ю армию генерал-майора В. Н. Гордова из 38-й армии 26 декабря 1941 г. была переброшена 169-я стрелковая дивизия полковника Рогачевского. Совершив 90 километровый марш от ст. Старый Оскол (28-30 декабря 1941 г.), полки 169-й дивизии сосредоточились в Сазановке и на х. Владимировка Пристенского района. 31 декабря 1941 г. дивизия личным составом в 5536 чел.(2) получила боевой приказ: совместно с 794-м стрелковым полком 227-й дивизии и 10-й танковой бригадой под командованием полковника Бунтмана-Дорошкевича прорвать оборону противника у ст. Ржава и Марьино, развивать наступление в направлении сел Нагольное, Шлях, Пселец с быстрым выходом к Обояни.
В первом эшелоне дивизии наступали 556-й и 680-й полки (командиры - майоры А. И. Мальчевский и М. М. Александров), во втором - 434-й полк (майор Н. А. Георгиенко). На этом участке фронта гитлеровцы занимали усиленную оборону. Вокруг населенных пунктов они создали цепь мощных узлов обороны.
1 января 1942 г. батальоны 556-го стрелкового полка, поддержанного танкистами 10-й танковой бригады, перешли в наступление на укрепления противника в селах Морозовка, Ржава, Луч. К исходу дня советские пехотинцы овладели сахарным заводом "Спартак", с. Колбасовка, вышли на восточную окраину с. Пселец(3). 680-й стрелковый полк сражался на восточной окраине с. Марьино, но сломить сопротивление противника не смог. Полковник Рогачевский ввел в бой второй эшелон - 434-й стрелковый полк. Во взаимодействии со 2-м батальоном 680-го стрелкового полка, 10-й танковой бригадой с севера он обошел Марьино и ст. Ржава и продвигался по направлению к с. Нагольное. Из глубины обороны противник выдвинул резервы. Их встретил огнем батальон Героя Советского Союза старшего лейтенанта М. С. Шамрая. Во взаимодействии с танкистами 2-го танкового батальона под командованием капитана Н. К. Паниваги из 10-й танковой бригады гитлеровский резерв южнее ст. Нагольное был разгромлен(4).
297-й стрелковой дивизии удалось блокировать противника в поселке Александровский. Немецкий гарнизон оказал сильное организованное сопротивление наступающим советским частям. Противником использовались не только ДЗОТы, но и кирпичные постройки, оборудованные под опорные пункты(5).
"Для противника, оборонявшегося в пос[елке] Марьино и на станции Ржава, уже в первый день нашего наступления создалось критическое положение, - вспоминал бывший комиссар 434-го стрелкового полка полковник П. В. Качур. - 2 января под Марьино появилось 5 транспортных самолетов "Ю-52", которые сбросили боеприпасы и продовольствие Марьинскому гарнизону"(6).
В результате обходного маневра, совершенного 434-м стрелковым полком, в тылу дивизии оказались гитлеровские гарнизоны в Марьино и на ст. Ржава. Они были окружены двумя батальонами 680-го стрелкового полка, 1-м мотострелковым и 1-м танковым батальоном 10-й танковой бригады и 794-м стрелковым полком 227-й стрелковой дивизии. 2 января гитлеровская авиация сбрасывала продовольствие и боеприпасы окруженному гарнизону и бомбила боевые порядки 680-го стрелкового полка и мотострелкового батальона майора М. М. Александрова.
К исходу дня нашим войскам удалось овладеть северной частью Марьино. Было обнаружено несколько вражеских дотов, находившихся на водокачке ст. Ржава, в ремонтном депо, в станционных помещениях. Для их уничтожения были созданы специальные штурмовые группы. Гитлеровцы упорно обороняли ст. Ржава и западную окраину поселка Марьино. Лишь на рассвете 4 января 1942 г. первый и третий батальоны 680-го стрелкового полка захватили Марьино. Гитлеровцы потеряли убитыми более 200 чел. 434-й полк освободил села Нагольное и Бобрышево (центр Кривцовского района). После взятия с. Бобрышево командование 169-й стрелковой дивизии получило приказ наступать на Обоянь с северо-востока, где были сосредоточены несколько дивизионов противотанковых пушек и бригада штурмовых орудий.
В эти дни стояли тридцатиградусные морозы, а высота снежного покрова достигала полутора метров. Советские пехотинцы наступали по пояс в снегу, под ураганным огнем противника. Одновременно 227-я стрелковая дивизия блокировала в Нижней Ольшанке гарнизон гитлеровцев и частично выдвинулась на рубеж реки Псел. Один из ее батальонов перерезал в районе Зоринских Дворов шоссейную дорогу Белгород - Курск. Это вынудило 227 ю дивизию, как отмечалось в отчете штабу Юго-Западного фронта, замедлить темп продвижения, в результате чего левый фланг 169-й дивизии оказался открытым. 5 января 1942 г. она достигла пригородных сел Казацкое, Пушкарное, Стрелецкое(7).
Развернулись ожесточенные затяжные бои. Так, в журнале боевых действий 556-го полка 169-й стрелковой дивизии за 6 января 1942 г. отмечалось: "Полк ведет бой за овладение г. Обоянь. Противник, усиленно укрепившись, оказывает упорное сопротивление. Батальоны в ночь на 7.1.1942 г. попытались несколько раз ворваться в город. 1-й батальон зашел на улицу Урицкого, но от ураганного огня противника был вынужден занять прежнее положение, понеся потери"(8).
Командование 21-й армии усилило группировку, штурмовавшую Обоянь. В соответствии с приказом командующего 21-й армии № 022 части 8-й мотострелковой дивизии НКВД (командир дивизии - полковник В. Ф. Крылов) вводились в бой с задачей овладеть Обоянью. 8 января 1942 г. с большим опозданием в район с. Казацкого подошел 6-й мотострелковый полк. Во взаимодействии с частями 169-й стрелковой дивизии он овладел северо-западной окраиной с. Казацкое и восточной окраиной Обояни.
556-й полк 169-й стрелковой дивизии занял восточную половину города. 9 января части 8-й мотострелковой дивизии НКВД достигли центра Обояни. Но в связи с создавшейся угрозой окружения превосходящими силами противника со стороны Зорино, Большая Псинка, Нагольное и отсутствием боеприпасов и горючего они были отведены из Обояни в район с. Пселец(9). По приказу командарма 21-й армии была поставлена новая задача: закрепиться и продолжать блокировать город. Выполняя этот приказ, 169-я дивизия заняла оборону на рубеже, откуда началось наступление. Справа оборонялась 293-я, слева 227-я стрелковые дивизии, которые вели тяжелые оборонительные бои вплоть до 3 февраля 1942 г.(10)
В ходе этих боев советские воины показывали образцы мужества и героизма. Дерзкий 40-километровый бросок по тылам противника совершил батальон 777-го стрелкового полка 227-й дивизии лейтенанта Х. Б. Меликяна. Батальон разгромил гарнизоны врага в с. Орловка, хуторах Зоринские Дворы, Веселый Ивнянского района и Пересыпь Обоянского района. 8 января 1942 г. командир героического батальона погиб. 6 ноября ему посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза.
В историческом формуляре 52-й гвардейской (в январе 1942 г. - 8-й мотострелковой НКВД) дивизии значится: "С 8.01.42 по 31.01.42 частями дивизии уничтожено до 3000 солдат и офицеров, 13 танков, 19 орудий разного калибра, 4 станковых и 17 ручных пулеметов, рассеяно огнем артиллерии и минометов до полка пехоты противника, трофеи: 2 санитарных машины, 10 повозок с разным военно-хозяйственным имуществом, 122 противогаза, 50 касок, 20 ранцев, 3 пулемета, 1 миномет, 100 мин, 7 автоматов, одно 37 мм орудие, 1 передков к орудиям, 80 снарядов, 8 км телефонного кабеля, 25 веломашин, 2 тонны цветного металла. Части дивизии потеряли: убитыми - 711, ранеными - 1478, обмороженными - 199 человек, пропавшими без вести - 589 и попавшими в плен - 7 человек; винтовок - 2303, станковых пулеметов - 23, ручных пулеметов - 156, пистолетов и револьверов - 354, автоматов - 81, ружей ПТР - 2, минометов - 82, 50-мм орудий - 9, 76-мм орудий - 6, 45-мм [орудий] - 3, автомашин легковых - 2, грузовых - 53, спецмашина - 1, тракторов - 2, танков - 6, бронемашин - 2"(11).
10 января 1942 г. красноармейская газета 21-й армии "Боевой натиск" отмечала, что "…уже несколько дней на подступах к городу О. [Обоянь - Авт.] идут ожесточенные бои. Враг, не считаясь с потерями, отчаянно сопротивляется. Улицы, дома в центре города превратил в крепкие узлы сопротивления… Доблестные красные воины в исключительно сложной обстановке штурмуют сильно укрепившегося противника… Экипаж танка лейтенанта Грязного, ворвавшись в О., уничтожил 10 противотанковых орудий".
10 января 1942 г. гитлеровское командование сосредоточило в районе Обояни со стороны Курска и Белгорода значительные силы и отбросило 169 ю стрелковую дивизию и 10-ю танковую бригаду в район с. Рудавец (556-й стрелковый полк), Афанасьево (794-й полк). Танкисты 10-й отдельной бригады отразили десятки атак фашистов, стремившихся как можно быстрее овладеть ст. Ржава, восстановить сообщение по железнодорожной линии Курск - Белгород(12).
Наступательные действия противника заставили дивизии 21-й армии отойти в район с. Красниково(13). 11 января 1942 г. для усиления боеспособности полков 8-й дивизии войск НКВД ее командиром был назначен полковник С. М. Рогачевский. В командование 169-й стрелковой дивизией вступил генерал-майор К. И. Горюнов(14).
В отчете штаба Юго-Западного фронта о проведении Обоянской операции причины этой неудачи оценивались так: "Бой за город, начиная с 4 по 10 января, не привел к успеху потому, что должной разведки системы обороны города не было произведено. 8 января была попытка овладеть городом ночной атакой, но вследствие того, что план атаки не был достаточно серьезно продуман, попытка эта не увенчалась успехом. Так, например, 2-й батальон 566-го стрелкового полка 169-й дивизии и батальон 16-го стрелкового полка 8 й мотострелковой дивизии в 23.00 8 января ворвались в город с севера и продвинулись почти до центра, причем атака была настолько неожиданной и стремительной, что немцы даже не успели открыть огонь, и только в центре города части были встречены огнем из домов. Ворвавшиеся в город батальоны управления не имели, действовали без всякого плана, поэтому, попав в сложную обстановку и не имея руководства свыше, вынуждены были отойти"(15).
Согласно указаниям штаба Юго-Западного фронта, план захвата Белгорода сводился к тому, что пехотинцы 76-й и 226-й стрелковых дивизий сковывали врага на подступах к Белгороду фронтальными атаками, а 133-я танковая бригада полковника В. М. Полякова (имевшая не более 10 исправных танков) наносила удар гитлеровцам в тыл. Но Белгород был хорошо укреплен, имел многочисленный гарнизон, вблизи располагались резервы.
"Всего один день, 4 января, мы спешно готовились к удару. Главная надежда возлагалась на внезапность и наступательный порыв воинов. Наш комиссар Кудинов и Кулинич выехали в части 76-й и 226-й дивизий… - вспоминал начальник штаба 38-й армии генерал армии С. П. Иванов. - Атаку удалось начать лишь в 10 часов утра, до этого видимость была крайне ограничена. Погода стояла пасмурная, с низкой облачностью, снегопадами и дождями. При поддержке небольшого количества орудий и станковых пулеметов воины дивизий Воронина и Горбатова [76-я и 226-я - Авт.] пошли вперед по раскисшей почве. Их встретил плотный прицельный огонь вражеской артиллерии. Вскоре показались и немецкие танки, а наша 133-я танковая бригада к назначенному сроку не успела выйти на исходный рубеж. Во избежание потерь было решено приостановить наступление. Штаб Юго-Западного направления посчитал, что в неудачном ударе на Белгород повинен генерал Маслов. Он-де замешкался и упустил выгодный момент. Мне же, как непосредственному участнику событий, думается, что решение взять Белгород без надлежащей подготовки, с оптимистической оценкой общей обстановки на советско-германском фронте, объяснялось и особенностями стиля руководства войсками со стороны маршала С. К. Тимошенко … В данном случае мы не имели практически подвижных войск, чтобы осуществить молниеносный налет на город…"(16).
В отчете штаба Юго-Западного фронта давалась оценка и боевых действий 38-й армии при овладении Белгородом: "В связи с успешным продвижением правофланговых частей 21-й армии на Обоянь, 3 января главнокомандующий Юго-Западным направлением приказал силами 226-й стрелковой дивизии 21-й армии и 76-й стрелковой дивизии 38-й армии подготовить удар в направлении Белгорода и в ночь на 5 января налетом овладеть городом. Общее руководство этой операцией возложено на командующего 38-й армией генерал-майора Маслова … Генерал Маслов не сумел перегруппировать дивизии и подготовить внезапный налет на Белгород, и только 5 января начал осуществлять эту задачу. Удобный момент был упущен, а противник, видимо, разгадав готовящийся удар, изготовился к его отражению, и удар успеха не имел"(17).
Эта оценка позднее перекочевала в работы военных историков. "Главное заключалось в том, что нарушался принцип последовательного сосредоточения сил: трем армиям, которые по составу едва равнялись стрелковым корпусам без средств усиления, были поставлены задачи одновременно овладеть Курском, Обоянью, Белгородом - и это при существенном превосходстве противника, наличии у него организованной обороны, системы артиллерийского огня и, наконец, при самых неблагоприятных условиях погоды" - вспоминал С. П. Иванов(18).
ПРИМЕЧАНИЯ:
1.Москаленко К. С. На Юго-Западном направлении, 1941-1943: Воспоминания командарма. 3-е изд. Кн. 1. М., 1979. С. 137.
4.Архипов В. С. Время танковых атак. М., 1981. С. 95-99; Качур В. П., Никольский В. В. Под знаменем сивашцев: Боевой путь 169-й стрелковой Рогачев. Краснознам., орденов Суворова II степени и Кутузова II степени дивизии (1941-1945). М., 1989. С. 42.
5. ЦАМО РФ. Ф. 1599. Оп. 1. Д. 11. Л. 11; Курский край. 2006. № 5/6. С. 65.
6. Непобедимые сыны Отечества: Материалы Всерос. науч. конф., посвящ. 55-летию победы на Курской дуге. Курск, 25-27 июня 1998 г. Курск, 2000. С. 44.
7. Великая Отечественная война - день за днем: по материалам рассекреченных оперативных сводок Генерального штаба Красной Армии. Т. 3: "Через новые испытания": 1 янв. - 30 июня 1942 г. М., 2008. С. 21.
9. Там же. Ф. 1165. Оп. 1. Д. 2. Л. 2; Д. 3. Л. 2-об.; Пантюхов Г. Г. Люди одной дивизии: Боевой путь 52-й гвардейской орденов Ленина, Кутузова и Суворова стрелковой дивизии, 1941-1945 гг. М., 1977. С. 18.
10. ЦАМО РФ. Ф. 1410. Оп. 1. Д. 18. Карта; Д. 19. Л. 59; Ф. 556-го СП. Оп. 165215. Д. 4. Л. 8; Боевой натиск. 1942. 1-2 янв.
12.Жилин В. А. Звезды Маршала Лосика: Докум. повесть. М., 2002. С. 120-121.
13. ЦАМО РФ. Ф. 1410. Оп. 1. Д. 19. Л. 60; Ф. 556-го СП. Оп. 165215. Д. 4. Л. 8.
14. Там же. Ф. 1410. Оп. 1. Д. 6. Л. 34-35. - Генерал-майор Кузьма Ильич Горюнов, 1892 г. р., командир 81-й стрелковой и 8-й мотострелковой дивизий, арестован 10 мая 1942 г. Особым отделом НКВД ЮЗФ. Осужден 28 июня 1942 г. военным трибуналом ЮЗФ к 10 годам лишения свободы за антисоветскую агитацию. Реабилитирован в августе 1962 г. ВК Верховного Суда СССР (АУД № ОФ-19574 ЦА ФСБ РФ).
Статья в Сборнике материалов межрегиональной научной конференции. "ОБОЯНЬ И ОБОЯНЦЫ В ОТЕЧЕСТВЕННОЙ И ЗАРУБЕЖНОЙ ИСТОРИИ И КУЛЬТУРЕ" (г. Обоянь, 21 апреля 2012 г.). / Ред.-сост. А. И. Раздорский. Обоянь, 2013.
