Главная Поиск Усадьбы
и здания
ПЕРСОНАЛИИ Статьи
Книги
ФОТО Ссылки Aвторские
страницы

 

 

 

 

ПОРУБЕЖЬЕ. КУРСКИЙ КРАЙ В XVII ВЕКЕ

авторы: А.В. Зорин, А.И. Раздорский

Приложения

Приложение 3

Отрывки из «Повести о граде Курске» XVII века(*)

<...> (л. 5) О нашествии на российскую землю ординскаго царя Батыя и о явлении Пресвятыя Богородицы образа и кладезя < >

<... > за умножение пред сотворшим нас Господем Богом согрешение (л. 5 об.) в лето 745(**) от восточныя страны наиде на россискую землю, аки дивий зверь, ординский царь Батый со многими ордынцы на российскую землю, прииде, якоже молни некоей огненней, попаляющей и пожигающий, и погубляюший. И всю российскую землю плени и кровь христианскую напрасно, аки некую великую воду, пролия и многия грады до основания раззори и в запустение положи, остатний же вси под повелением своим учннии. О сицевом же народу нашему, бывшему раззорении кто может скорбь, беду и иныя сицевыя времена, случающийся беды подробно сказати о сем же ныне, да умолчим. В то же время и сему граду Курску, пленению до основания раззорену сущу бывшу, и оттоле многия годы пребывая пустея и от многих лет (л. 6) запустения, положения того града Курска и уезд велиим древесем поростоша и многим зверям обиталища быша. И от стоящих близ того положения града Курска из градов из Рылска и из ыных в тех местех, идеже бе положение и уезд творяху, людие хождение прибытка ради своего зверей и меда. Всемилостивый же господь наш Иисус Христос, не хотя православных христиан Пресвятыя Богоматере своей образа милости лишити, изволил некоему благочестиву сущу мужу хотящу в той области прибытка ради и дошедша места у реки рекомой Тускори, от положения града Курска в двудесяти поприщах, и в том месте внезапу на горе узре образ, лежащь лицем к земли. Он же теме на скоре и оный образ от земли подят и узре образ заступницы нашея Пресвятыя (л. боб.) Владычицы Богородицы Знамение(***). И по взятии онаго от земли абие в том месте от земли искипе источник и потечс. Оный же благочестивый муж, видя к себе Пресвятыя Богородицы сицевую неизреченную милость, яко изволила его такую милостию своею присетити и предивное чюдо зрети и недоумеяшеся, что творити, но поведа о сем преславном чюдеси о обретении образа Пречистая Богородицы клевретом своим. И вкупе совет благ сотворшим в мале вышеобретеннаго места на горе часовню создаша и той образ Пречистая Богородицы поставиша в той часовне и, сотворив коленное преклонение и воздав благодарение, оттого места отидоша. И по времени же киждо их прийде во свое отечество и о сицевом преславнем чюдеси всем сущим во граде поведаша. И от того времени во градех и в весех многим людем сие преславное чюдо (л. 7) ясно сотворися. Народ и еже сие слышавше мнози на оно место тещи начаша оныя Пречистая Богоматере образа и кладезя зрети, и мнози от различных болезней и скорбей исцеление вскоре получища. И оттоле сей Богоотроковицы образ всюду предивным чюдесотворением нача прославлятися. Вышеименованний же мужие, егда к восприятию добытка путшествия творяще и к сей Богородичней иконе, начасте, яко ко источнику некоему, источающему струю, присныя милости притекающе и многую милость приемлюще.

О рылском князе Шемяке(****) како за неверие и непочитание Богородичного образа слепотою обят бе и исцеление получи <...>

И от того места, идеже обрелся образ Пресвятая Богородицы, отстояше град, именуем Рылеск, яко сто и два десят поприщ, а в нем бе содержащий (л. 7 об.) князь Шемяка, который, слышав о сей чюдотворней иконе, обитающей в дебрии, и от нее бывающих чюдес различных и предивных ко всем человеком, приходящим и с верою помощи просящим, восхоте той Богоматере образ видети и молебное пение к ней совершити, и абие по ону икону из Рылска в Курской уезд послашс. И егда же его посланиям сей чюдотворной образ восприяша и воспят даже уже и близ ко граду Рылску принесоша и стояние сотвориша и во град Рылеск ко князю о том известно послаша, его моляща, дабы на востреятие того образа ради Божия Матере и всего мира обшей заступницы, чести и прославления сам благоволил изити. И той князь Шемяка по восприятии о том от посланных к нему ведомости тако сотвори, еже ему самому на востретение шествовати не восхоте, и посланным (л. 8) изрекоша, яко он не благоволит тако быти, еже ему самому той образ стречати. И повеле той образ поставити близ града Рылска. Града же Рылска вси жители со женами и детми услышавше о сем, еже образ Пресвятыя Богородицы близ града Рылска, к нему радостными сердцы потекоша и по вере своей кииждо желание свое улучиша. Князь же Шемяка за свое неверие и ко образу Божия Матере непочитание по изреченных от него словесех, еже он той иконе стретение сам не имат творити, абие возмездие по своему неверствию восприемлет и очесы света лишается зрети, то есть слепотою обьят бысть. И тем чюдесем позна свою к Пресвятей Богоотроковице согрешение, абие нача к Пресвятей Богородице моление предлагали: «О преблагословенная царице, всем воистинну яко праведний судбы господни и за мое неверие праведно слепотою обят быст, но обаче к тебе (л. 8об.) царице и всего мира обшей заступнице ангельской радости и верных спасению, и грешных же к тебе притичющих, и милости от тебе просящих, не отриновенному, но скорому услышанию и известному спасению прибегаю и к тебе припадаю, и моление мое предлагаю: услыши, всех небес царица, мое моление и сердечное стенание, услыши, остави мне мое согрешение и яви надо мною милосердие, пошли свет очесем моим.

За яже твое ко мне толикое милосердие присно буду тебя, царицу Пресвятую, даже до исхода души моея грешный прославляли и образ сына твоего и твое такожде и всех Богу угодивших почитали, во твое же Пресвятое имя в сем граде сожизду храм, и сей многочюдесный образ в нем. поставлю». И по молитве повеле себе к тому чюдотворному образу из града вести пеша. И егда же до того места, идеже Пресвятый Богородицы образ обитает, (л. 9) достиг и с великим воплем во весь народ возопи: «О православнии людие, видите, яко аз зело Царя и Матерь Его прогневал, образа ея на востретенис итти не восхотел, и за се праведно слепоту стражду». И к сему чюдотворному образу со многим сердечным желанием и зелным молением приступи, абие очесей свет в то время пред всеми от царицы получи и бысть здрав очесы, якоже и прежде. И за се воздав ей благодарение и соверша молебное пение, возвратися во град. И потом, вскоре по своему обещанию в том месте, идеже от сего образа исцеление получи, воздвиже церковь древяну во имя Пресвятыя Богородицы, честнаго и славнаго ея Рождества, дабы оно на нем показанное от Пресвятыя Богородицы чюдотворение не было предано забвению. В том же месте церковь во имя ея Пресвятыя Богородицы и доныне обретается. Икона же (л. 9об.) сия Пресвятыя Богородицы в той церквии обитала ли или не обитала и како из града Рылска на преждереченное место в Курской уезд пренесеся, того нигде же обрести возмогше. <...>

О нашествии на сию страну гетманов с полскими и литовскими и черкасы и о прихождени ко граду Курску и о запалении болшаго града и о стояни и о чюдеснем явлении.

(л. 69) И сия же воспомянув на предлежащей яко в лето 7120 г году(*****) от малороссийскаго киевския страны на украиныя городы бысть нахождение литовских гетманов Саадашнаго и. Желтовскаго со множеством воинства. Саадашни же с воинством своим из града Путивля пойде на Волхов, на Белев, на Лихвин, на Перемышль, на Калугу и многа зла там сотвори и православ-ных христиан кровопролития. И от Колуги возвратися вспять шествоваше к Киеву на Белград чрез Курской уезд в верх реки Пола [так в ркп.; Псла?] на Думчей Курган. И егда же мимо града Курска шествовал, тогда к гражданом воин приела от себе дву человек, объявляя, яко он града Курска уезду и в нем живущих воинству своему заповеда ни единаго зла сотворити. Желтовский же из града (л. 69об.) Путивля войск своих с полками пойде на Рылск, на Орел и оттоле воинство свое под многие страны и грады разосла, и оны раззорению предаша и православных христиан крови множество пролитие учиниша. За не воинство его нецый поведают яко числом бе до 70 000, а сего града Курска людие, яко овцы, егда сердца их во благих разблажаше, тогда никако же напасти на ся мнеша быти и в земных делесех, в веселии пребывающе, и поведенной пост(******) мнози несохранением обругашаи ничтоже се преступление заповеди вмениша.

И егда же оно се заповеданный три дни среды преидоша и в день среды в вечеру оны гетман Желтовский с воинством своим, под град Куреск приидоша. А в то время в Курске бе столник и воевода Георгий Игнатьевич (л. 70) Татищев. И сего града уездных и посацких людей многих от града сего внезапным своим пришествием от града отлучиша, и человеиы вси кииждо побеже во иныя окрестный грады, комуждо ко граду скорейше дойти могуще. И абие же в той час воинству своему повеле ко граду приступит и зело ратоваша крепце и от речки, рекомой Кур и болшаго града Георгиевския врата и ту част стены и от Божедомския слободы часть града запалиша. Граждане же то виде вше много сопротивных воинств и крепкое их к сему граду ратование, а во граде мало людствия, а градом великост зане бе, во оно время множества ради живущих, два забрала едино величайте и велие крепост велику имуще, а малое зело крепост от ветхости не имуще, но за великою граждан малости еже (л. 70 об.) градов всих во время ратования обяти быта явлением великий и твердейши град он оставя, а сами вси в малый и нетвердый град поидоша, идеже бе прежде сей образ Пресвятыя Богородицы обиташе. Зане аще он и худейши онаго града яко и во иных местех и стены от Куровой по Меловую башню мало где что имуще немогуще его во оно время осадное людми обьяти и худыя места вскоре разяв храмины утвердиша. Видевше еже гражданя вели град изоставиша, возмнеша, яко гражданя убояся их, на нь пришедших оставя грады побегоша и абие напрасно во нь вскочиша. И егда же во град он запаленный внидоша и к малому поидоша, гражданя же уготованный ту на брань бывши на сопротивных устремишася, и велие между ими быст сражение и (л. 71) пролитие крови сюду и сюду, а наипаче на православных христиан и жен и детей велия в том времяни крови пролияся. И егда противник се видяще, еже гражданя из града вон не побегоша и от них во осаде в малой крепости седоша, и сей малый град обступиша всюду твердым обступлением и ратоваша крепким ратованием и жесточайшим ко граду приступлением, хотя во оно время сей град взяти и множество воинства своего на оном месте изгубиша и видяще, яко сего града приступлением взяти невозмогоша, но и много воинства погубиша, умыслиша да лестию возмогут сей град одолети, некоего же от вой своих прислаша града сего к воеводе и ко гражданом о здаче говорите. И сей иже гражданом зрители елико же нашего множество воинства и что сего дня сотворили болшую вашу и твердейшую (л. 71об.) крепость взяша и во многих от вас избиша, а сего ли худейшаго града не имам преодолели, но аще вы живота своего не пощадите и града сего не здадите, то заутра сей град без всякаго закоснения восприимем и без всякаго милосердия всех вас и до сущих младенцев предадим смерти, аще ныне града сего не имате здати, то впред от вас ваше прошение никако же может быта приятно [так в ркп.; принято?), зане и без вашия здачи сей град восприимем.

Граждане же от присланнаго оные словеса слышавше рекоша: «Яко никако же вам сей град имамы здати, но вси желателный есмы за имя Христово помрети». И они присланнии поведаша гетману Желтовскому, яко граждане никако же помышляют града здати. Желтовский же повеле воинству своему с пятка под субботу заутра ко граду приступиша от Пятницких (л. 72) врат. Граждане же, видяще их напрасно суровое ко граду устремление, половину сих врат землею засыпаша, заповеда во граде в сем всюду молчание сотворити противу вопрошения противных на отвещание готовым быти. И донеле же от тое Пятницкие башни вестно о том стрелянием сотворится и по оному завещанию вси тако сохраниша. И егда же противнии ко граду приближашася и уготованным древом хотеша врата низвергнута и стену града подсеками, и в то время напрасно вси противным изо много оружия отповедь учиниша и многих вечно спат сотвориша. И много в ту нощь противнии на град ратовали и ничто же успеша сотворити и такую себе язву восприяша, яко нецый поведаша ми в ту нощь их избиенно быша до 9000 обаче и тако ратовати града сего не осташа, (л. 72 об.) но и до седмицы ко граду сице чиниша: Граждане же се видяше, яко противнии град сей ратованисм. крепце облегоша со женами и детми притекоша в соборную ? церковь Воскресение Господа нашего Иисуса Христа и в пределе Пресвятый Богородицы, идеже прежде обиташе образ ся чюдотворный и многое моление и слезы приносяще пребывше даже до утренний. И вто время к народу пребывающему в молении некая жена притекши и народу поведаше, яко то я нощи явилася ей Пресвятая Богородица и повеле ей поведати им гражданом, дабы рукав, иже к Меловой башне и безверховую башню града спалити, а аще не спалят; то град сей от противных взят имат быти, аще ли спалят спасется. Слышав же се народи возвестиша воеводе, и во оно же время белогородской пушкарь именем (л. 73) Иоанн по реклу Москвитин поведаша народу, яко сея нощи зело страшно и преславно чюдо оно видяще, яко от Пятниц кия башни по забралу града шествовала в преизящном свете девица, а со обою страну ея два юноша в светлых ризах, да знавает он, яко се шествовала Пресвятая Богородица, град сей от противных защищая.

И слышавше се, народи вси удивишася и прославиша Бога и Пречистую Богородицу возблагодариша, и со образом Пресвятыя Богородицы сей град по забралу со многим молением и слезами вкруг обыдоша. И вскоре по завещанию Пресвятая Богородицы от оныя башни до другая заградя древесы и излишнюю стену с Меловою башнею запалиша. Узревше же сопротивнии напрасно град конницею и пещцы окруживше чающе граждан убоявся их побежали и видевше, яко нигде же по дорогам из града сему со все страны приступали, (л. 73об.) а наипаче же с того зазженого места и на оном месте зело множество противных победита и смерти предаша. И оттоле противнии день от дни злохитростное свое на взяти града хитрости дающе гражданом тягость велию крепким своим обступлением сотворяюще, яко шанцами всюду окруживше и воду отнявше. И мнози от жажди велию тягость терпяще и снега не могуще на утоление жажди изыскали. И премилостивый Господь Бог даровал на препитание множество снега, но и тем вси жажди не утоляюще, но не и едина тая болезнь на граждан належаще, но и на сопротивление к противников и зелие зело бысть скудно. А от противных начасте прихождаше и гражданом о здаче глаголаше и се прорицающе, яко они, не взяв града, никако же имут безделни одступити. (л 74) И видяще их на оное их советование граждан непреклонение во един от дней и се рекоша, яко вскоре к ним на помощь великий гетман Полоцки со множеством войск ко граду сему прийтти имат и пришествию его и место назнаменуя в близкости были от града Курска и, аще той велий гетман прийдет, то уже никако над вами им никакия милости явити, но, восприяв град, всех предаст вы ни единым милосердием меню изозщренному. Слышавше же се, граждане устрашишася и видяще себе в толикой велий беде и злострадании, а наипаче же от жажди и от малости зелия зело устрашишася и начаша совещати, о еже бы им како животу своему хотя малую отраду подати и ежели бы им от жажди помирати. Яко сии противнии уже близ есть трех седмиц, егда град наш (л. 74 об.) облегоша и день от того дни нам тягость являют и что сотворим с сими противными развее сего, еже оставя град сей, в лес бежати. Се поведаша, еже сего града жена некая, яко вы, сея нощи, оставя град сей, хотите бежат за реку Тускорь в лес и гетман Желтовский, слышав от оные жены сия словеса, заповеда в полках своих всем сей нощи ко граду сему на приступ отсюду итти с великим брежением и устремлением, а онаго место вон же помышляют бегство сотворити, всю нощь заповеда коннице уготованней на посечение без всякаго милосердия народа стояти. И слыша о сем всем, воевода и народ зело быша исполнени печали и. видя сие, оный якобы посланник народ сей мысльми мятутся нача им поведати, о еже бы они, граждане, не усумневалися, (л. 75) но имели велию веру ко Пресвятей Богородице яко же никако от них противных град сей имат быти взятый, зане не воедину нощь мнози от нас в нощах вид эхом по забралу града шествующу жену во светлей одежде зрения никако же никто от них на ню могше зрети ниц падоша.

А во иныя нощи видают по томужде забралу девицу ходящу и округ ея во светлосиятелных ризах 6 мужей и з жезлами ходяще им претящим, дабы от града сего вскоре отити имели. И вси вь их полках дознавают яко сотворит сохраняя град сей под своим покровом Пресвятая Богородица. Да в нощах же мнози от них видяще около сего града некоего юношу светлообразна в белом одеянии и на белом кони, якобы некий храбрый воин и страж град сей окружают. А кто он ест муж, никако же они могут разумети и от иных (л. 75 об.) страшных явлен и велие в войске их смятение, яко мнози да знавают, еже по сем граде побораст и от них защищает Божия милости глаголю, яко граду сему за таким непреборимым воеводством, что может зла сотворити развее того, еже самим от граждан побиенным быти. И слышавше же сия словеса, воевода и граждане зело умилишася сердцы, яко от толикия велия напасти изволил их сим мужем свободным явити и вси в нощь противных на пришествие ко граду приближишася от граждан на той брани множество противных быст убиенно и потом и во иныя дни частыми приступы граждан отягощающе яко и сна в нощех не имети развее дня. И во един от дней гетман Желтовский виде, яко сего града защищением божия Матере невозмогоша взят, но точию от граждан себе потребление приемля, умысли от града сего прочь отити и начата по (л. 76) литаврам бита и в трубы играти. И виде сие Спасской поп, что за речкою Куром прежней попади, которая изменила взят тече к противным и о сем поведаша, еже бы ему от града сего не отходити, но по его совету сотворит, и тако вскоре имут град сей восприяти, а развее сего совету никако же ест возможно град сей одолети.

Желтовски же услышав о сем, нача его с радостию вопрошати, он же поведа ему яко граждане от вашего приступа посмеления никако же когда либо сна приемлют, зане присно ко граду ожидают, а в день всегда без всякия боязни от труда опочивают и аще они ко граду сему в пятом часу на приступ приидут, то вскоре имут град сей взята, зане граждане в то время никако же ко граду пришествия опасаются и града стерегут, а итти бы им на приступ от Толчевских ворот. И слышавше же се, гетман Желтовский (л. 76об.) повеле полков своих воем по его словеси в день на приступ итти вскоре на место рекомое Толкочевския врата. И ко граду на приступ напрасно приидоша и нецый от них и во град сей внидошаи узревше се граждане на оно место много стекошася и крепце с сопротивными борющеся. И на обе страны крови пролияшеся и в мале от противных не взятся в той час град сей спасеся. И видяше противнии, яко и сим советом граду ничтоже возмогоша зело освирепишася и частым крепким приступанием начаша град сей озлобляти и гражданом глаголати, яко аще и многое время под сим градом имамы стояти точию еже не взяв град никако же имамы отступит, и пребываюшу сему граду от противных во облежении уже близ четырех седмиц и от жажди велий быша изнемогателный яко уже и к еже самим от граждан побиенным быти.

И слышавше же сия словеса, воевода и граждане зело умилишася сердцы, яко от толикия велия напасти изволил их сим мужем свободным явити и вси в нощь противных на пришествие ко граду приближишася от граждан на той брани множество противных быст убиенно и потом и во иныя дни частыми приступы граждан отягощающе яко и сна в нощех не имети развее дня. И во един от дней гетман Желтовский виде, яко сего града защищением божия Матере невозмогоша взят, но точию от граждан себе потребление приемля, умысли от града сего прочь отити и начата по (л. 76) литаврам бита и в трубы играти. И виде сие Спасской поп, что за речкою Куром прежней попади, которая изменила взят тече к противным и о сем поведаша, еже бы ему от града сего не отходити, но по его совету сотворит, и тако вскоре имут град сей восприяти, а развее сего совету никако же ест возможно град сей одолети. Желтовски же услышав о сем, нача его с радостию вопрошати, он же поведа ему яко граждане от вашего приступа посмеления никако же когда либо сна приемлют, зане присно ко граду ожидают, а в день всегда без всякия боязни от труда опочивают и аще они ко граду сему в пятом часу на приступ приидут, то вскоре имут град сей взята, зане граждане в то время никако же ко граду пришествия опасаются и града стерегут, а итти бы им на приступ от Толчевских ворот. И слышавше же се, гетман Желтовский (л. 76об.) повеле полков своих воем по его словеси в день на приступ итти вскоре на место рекомое Толкочевския врата. И ко граду на приступ напрасно приидоша и нецый от них и во град сей внидошаи узревше се граждане на оно место много стекошася и крепце с сопротивными борющеся. И на обе страны крови пролияшеся и в мале от противных не взятся в той час град сей спасеся.

И видяше противнии, яко и сим советом граду ничтоже возмогоша зело освирепишася и частым крепким приступанием начаша град сей озлобляти и гражданом глаголати, яко аще и многое время под сим градом имамы стояти точию еже не взяв град никако же имамы отступит, и пребываюшу сему граду от противных во облежении уже близ четырех седмиц и от жажди велий быша изнемогателный яко уже и к смерти нецыи и видя себе (л. 77) от них в твердом обступлении и от учащателных приступаний и приодолевании сему граду никако же от их взятия спасому помышляющу быти, зане противнии гражданом зело силни быша. И граждане никогда же крепце с сопротивными за градом противитися могуще, но всегда от них побеждаеми быша и ни откуды из окрестных стран от помощи человеческой надежди имуща и всякия человеческия помощи быша обнажении. И зело о своем малолюдстве стужаху и недоумевахуся что сотворите с сопротивными развее сего еже надеяхуся рным противным от града сего вскоре имут отступите, а противнии никакоже сего помышляюще, но и ко взятию града всякия хитрости устрояюще. И еже дневно зелнее пребывающих дней ко граду жестокими приступы и иными воинными хитростьми ратующе. (л. 77об.) Граждане же видяще их ко граду наипаче предваршего крепкое устремление от избегших сего града людие от рук противных слышанием уверишася, еже противнии ничтоже ино совещают токмо, еже о взятии града всякое ухищрение.

И не преодолев никогда же от него без делни отита хотяще, зане в та времена той Желтовски с воинством своим зде в стране нашей мнози гради и места Орел и прочи пленению предаша и от сего не сотворят тогожде, иже над протчими грады никако имут отступите. И граждане же сих мужей словесем вероятелны быша, начата совет совещата и в нем глаголати: «Ныне уже граду нашему во обступлени бывшу 4 седмицы, и в день дней ко граду нашему жесточайшим ратованием являются и всякое над ними зло умышляти не престают (л. 78) и мнози гради твердейша сего множество людей исполнении силою своею яша, а мы ни единыя помощи откуда либо чаем, что имамы сотворити с сими развее сего еже град сей имея противным здати и тем от гор кия смерти сдастися, а аше не здадим, то безвременно зле живот свой и з женами нашими и с детми имамы скончати».

И нсцы из них муж благодатии божий исполнен и на него всесилнаго Господа Бога и всему христианскому народу явную во всяких бедах скорую помощницу Пресвятую Богородицу крепким огражденны, слышав сие от народа совещание от сердечнаго умиления начата к народу глаголати, о еже бы им всем сотворите молчание и по молчании от сокрушения сердца нача всем проповедати ясно о всенародное о Христе Спасе нашем собранное и о имени его славящееся воинство вемы, яко (л. 78об.) вси есмы и всякая наша хвата честь и живот и благополучие он ест и будем во едином уповании и воли его творении и никогда же отступати, но и всегда в нем едином от всех зло находящих наны зол сохранении правоверии и к нему непостыднаго рождшия его Богоматере заступлении не сумнением пребывати жити желающий тии сут воистинну, аще и безчисленными быша бы приключении обложены быти имели и ни единому от человек о их спасении благо помышляти ни едино были бо кое злоприключение или беда возмогла яти зане праведен и преподобен господь во всех делех и словесех своих и призывающим воистинну всем близ ест по пророку волю боящихся его сотворит и молитву их услышит и спасет их, яко уповаша на него, и уповающий не постыдятся сиречь во время (л. 79) всяких злоб нашествий абие спасении будут, и зрящий на них вси удивятся яко праведни к убо состаревся не видех праведника оставлена ниже семени его просяша хлеба весь день милует и взаим дает, и семя его во благословени будут, а мы ведая есмы известие, непреборимую божию руку и заступление Пречистыя его матере разве их от человеческой помощи спасение непщуем получите и до идеже сице творити будем воистинну вам реку: братие и отцы, яко от противных нам никако же свобожденным быти зане порази во дни царей Израилевых Исайя царя Иудина сына Авина сына Еровоамова бе воинства его пятсот тысящь восемдесят и в четвертое лето царства его прииде противу его царей ефиопских с вой своими десятью сот тмами, а колесниц триста тысячь.

И быша между их брани у дебри (л. 79об.) на севере Мариса и от Иудина царя Асса победися яко упова на Бога. И в 35 лето царства его взыде на нь царь Израилев Воасса с вой своими и вниде в царство Асиино Он же убояся его забы Бога спасающаго, посла о помощи к Невоаду царю Сирску и прииде Ананиа пророк ко Ассе царю Иудину и рече ему еже имел еси упование к царю сирскому, а не ко господу Богу твоему, того ради ушли царя Сирска вои от руку твоею не ефиопи ли и ливии бяху тебе в силу многу и в дерзост колесниц милосердна напоени отходяще(*******). И благодаряще Бога, яко сподоби нас зде в стране нашея сицевое безценное сокровище Пречистыя своея Богоматере чюдесоточной иконе пребывати и нам всем от онаго скорое исцеление получати и Пресвятую Богородицу прославляюще яко неизволила нас сирых сицевым своим милосердием (л. 80) презрети и дражайши всяких вещей сей своей Богородичной и выну скорой милосердие точащей иконы сея нашея страны лишити. <...>.

(л. 83) О пришествии Вешневецкаго и о победе его.

Бысть во дни благочестивыя державы Розсискаго царства блаженныя памяти великаго государя царя и великаго князя Михаила Феодоровича Всея России в смутное время за умножение нашего согрешения на сию нашу украинскую страну бысть нахождение поляков и черкас и татар. И от них нахождения и ратования многия места и грады раззорены быша, а града же Курска никто же от противных взяти или пакости сотворите (л. 84 об.) за помощию и заступлением Пречистыя Богородичны в нем чюдесныя стоящия сей «коны могуще. И бе та слава и по иным странам разливашеся и всюду протичющий. И во 142-м году в черкастей земли близ града Киева бе единоверный православныя веры гетман князь Иеремий Вешневецкий, слышав о сем от многих своих клевретов, яко никто же града Курска за сохранением в нем обитающего от Богородична образа от противных взятий могуще. И в прошедшия лета мнози от них покущахуся о взяти града и со множеством воинства прикождаху и крепце ратоваху и ничто же им успети могуще точию в пореватии под тем градом видевше многия от Пресвятыя и Всемилостивыя ко оному граду Госпожи и заступницы чюдеса присно от граждан побеждении бываху. И оный гетман (л. 85) князь Иеремей Вешневецкий, слышав сия вся от клевретов своих, бывающих под градом Курским, забыв оныя Пресвятыя владычицы нашея Бог городицы ко всем Христианом милость, желая себе над всем оных предварших ему клевретов хождение под град Куреск славы тоя своея страны от человек восприятии разяряся на оны град сим разярением, начата всем своем клевретом и при них будучи похвалная Господу Богу неподобныя глаголы вещати, яко аще предварши меня на оный град ратованием и ничтоже успеша, но аз той град вскоре могу восприятии.

И по оных реченных словесех в том же году вскоре нача войско собирати и собра войско велие и пойде в ту страну под град Куреск. А в то время во граде сем бе воевода князь Петр Григоревичь Рамодановской да голова стрелецкой (л. 85об.) и казачей Иоан Бунин. И во един убо от дней во граде Курске о пришестви их в ту страну вестно учинишася и до дважды и в вестовой колокол возвестиша, что оный князь Иеремий Вешневецкий ис черкастей земли Московскаго государства в страну со множеством вой вниде, и от града Курска во оно место шествуют и помышляющу их впред и ко граду Курску пришествию быти. И вси услышавше толикую весть, яко аще не вскоре имат ко граду их прийтти, и разыдошася киждо в домы своя, зане первая весть, яко аще он подступит прийде, таже еже в верх к полу пойде. И того же дни с понеделника подо вторник(********) в нощи в 7 час, превелие чюдо и граду таму спасение и безвестным весть сотворися, яко обаче бяше во всех гpaдex на колоколни(л. 86)цах вестовыя колокола имут. И таки и колокол среди града на колоколнице стояше. И на той колоколнице дневал по очереде курской стрелец Киприян Ерпылев и под колоколом спал. И за 7 часов до света в тот вестовой колокол ударила некая божественная сила трижды, и он Киприян незапнаго ради биения обят быв велиим страхом, со оной колоколницы бежа и вскоре притече к воеводе и поведа, яко в колокол забила некая Божия сила невидимая, а человека никакова несть. А воевода, егда услыша биение колокола до пришествия к себе онаго Киприяна, абие посла на ту колоколницу и велел онаго бывшаго испытати, по чему он велению и сего ради тако без его веления сотворил в колокол бити. И испытав взяти и отдати за сторожю, и посданны от него (л. 86 об.) скоро тече на ту колоколницу, зане близ отстоит оного двора, и на ню востек, и биение оно престаше и биющаго никакоже обрете.

И возвратися вспят, сия вря воеводе поведаше. Воевода же, сия слышав и вси сущий с ним во ужасе быст велицем, яко не безвинный некия биение быст. И, того же часа прибежал во град курченин сын боярской Никифор Малцов и поведа воеводе и всем сущим во граде, яко князь Иеремий Вешневецкий со множеством вой идет и уже от града за пяти поприщь на реке Семи. И воевода и сущий с ним сие от него слышавше невероятелны словесем его быша и мнеша, яко их ко опаству приводит о еже опасение имети, а о прихождени их не истинну глаголет и хотя испытати известно послаша станицу Мартемьяна Никитина сына Шумакова с то(л. 87)варыщи и наказание его со всяким подверждением, еже бы ему о приходе Вешневецкаго с войским испытать известно, и абие тече он он [так в ркп.] с товарищи испытат кроме [так в ркп.] должно быть - «к реке»] Семи. И егда выехаша ис посадов и доидоша до Глинища, и в том месте сретошася с вои Вишневецкаго. И его, Мартемьяна, израниша и от противных во град сей возвратишася. И во граде невем откуду бысть шум велий и страх на всех живущих ту и на посадех. И егда же сей Мартемьян с товарыщи во граде сем о сретении с литвою за посады у Глинища воеводе и всем поведаше, и вси видяше на нем Мартемьяне, раны вероятелны и зело в велицем ужасе быша, зане во граде велие малотлюдство, но вси живущии в посадех в домех своих. И абие притече к ним ту стоящим вестник, яко противный у науголныя башни, зовомыя (л. 87 об.) Меловыя, ко граду и со знамением приидоша.

И се слышавше, гражданя в велицем ужасе на то место обратися вскоре, потеките и пришедше, видевше поляков и черкас на стене града знамя оставиша и вси з стеньг града брасахуся, неподобно из горы непутно идуще, но якобы з безчисленной высокий крутыя горы ногами и руками о землю опирающеся идяху и, сошедше вси прочь от града, мимо слобод течаху, а в посад помощию Божиею заграждаеми, не идяху(*********). А в то время, егда они ко граду и на стену восходили и от града побежали вси, и того града четверы врата для входящаго вон с посадов народу идящаго никакоже могуще затворити. И в ту нощь весь с посадов народ во град собрашася, а противник в ту нощь никако же (л. 88) в слободы вступившего разве от приходу первейших дворов сущих и по собрани народу во град и по разчреждению киждо во своем уреченном, на стене месте сташа. И наутрие того дня князь Иеремий Вешневецкий со всем своим воинством пришедше близ града онаго сташа и видевше, яко град всюду бе ветх и крепости велия не имеет, надеющеся вскоре похитити нашедши, они противни злое свое у мышление начата вскоре совершали. И от жестосердия своего плакатися, еже ни единаго, иже во граде живущих и до ссущих младенцев пощадили, но всех без всякаго милосердия мечю и горцей смерти предали помышляху, яко никакоже от сего их многочисленного воинства избавитися кто может и от нашедшия их брани имут, гражденя оставя (л. 88 об.) град за реку Тускорь в лесы бежали. И воинства своего коннице всей повеле тамо от леса стояли на приятие граждан, еже бы от граждан никому же дали сего света зрели на всех под мечь подклонити и отвсюду ко оному граду повеле приступали и с протчих стран великий крик учинили, а на приступ итти со едину страну от Московский дороги к Пятницким воротам молча, и град оный отвсюду криком и к Никицким воротам и от Куру на тайник, аки бы на приступ идуще и граждан устрашающе крепце вопили.

Страны же оныя, откуда были приступу, бысть тишина велия. И видяще кто му месту множество воинства тихостию, аки никия змии ползуще, град злым своим умышлением ухал ши хотяще. Устроиша все елико подобает (л. 89) противу вопрошали от противных брании и ответ из града послали им и ниоткуду же помощи чающе, но токмо несуменно верующе избавления граду были от предстателства Божия Матере. А освященный же чин, и жены, и деди, и до сущих младенцев внутрь града в монастырь у образа ся многочюдеснаго в то время молебство сотворяюще страха ради противных нашествия велие пред иконою слезное пролитие творяще и глаголюще: «О предивная, нигде же ни от кого же имя твое Пресвятое в помощь призывающе от противных непреоборимая стена и скорая к роду христианскому во всяких скорбех предстателница, Пресвятая и превеликая наша госпоже и небесная царица, вижду наше твоих рабов от противных зелное обуревание, укроти, госпоже, оное на нас нашествие от противных свирепое (л. 89 об.) обуревание и покры нас кровом крилу твоею и защити забралом непостыдным и непреборимым предстатедственныя милости твоея, вижду, всемилосердая, всюду препрославленная госпоже всех нас, и едино от злочестивых свобождение и к сыну твоему истинному Христу Богу нашему предстателство имуще, разве тебе, зане ты, царица, ест всесилнаго Бога всемощная милости, елико восхощешь, вся возможеш». А противни егда в молчани приближахуся ко вратом града, хотяще алым своим умышлением оны врата опровергнута и видяще, яко из града противу им возбранение ничтоже творяще, но тихост во граде велия бяше, и от пребывающих в нем никако же гласа слышашеся. И мняху, яко гражденя от их велия страха нашествием, оставя град, бежаша. И егда приближишася (л. 90) ко вратом града и хотяще устроенным древом, рекомым барсом, во врата градныя ударити и внезапу, аки велии и дивный от множества огненнаго пушечнаго и всякаго оружия стреляния градом бяше, и в том месте у врат и от града на многом месте ни един же от противных у града жив остася, но вси от великия стрелбы побиени быша.

И видевше противнии от граждан над ними всехитростное устроение начата велим приступным ратованием града доступати и всю нощь непрестающе з дву страну приступаша и видяще свое велие от граждан побеждение и множество людей побиение в наитие света от града отступиша. В том же дни из полку от противных взятые языки поведаша, яко ничтоже вам от наших полков ратей понести нанесенно имат быта, зане по граде вашем (л. 90об.) поборает Пресвятая Богородица. В начале, егда наше хотяше град сей безвестным приходом взята и приидоша от града сего на реку, рекомую Воробжю, и на той мнози потопишася, такожде и на Цветовии кладезе бысть нам велие повреждение, яко не малий числом в том погрязнуша. И егда же дошедше от града сего на реку Семь, на место, глаголемое Государев Перевоз, и в том месте внезапу лду проломившуюся, множество от воинства нашего изтопоша и пушки погрязли, их же с великою трудностию едва от воды изнесохом. И от того в воинстве нашем велие смятение быст. И князь Иеремий Вешневецкий видя сие, яко умышлению его сие быст великая преграда, зело олечалися и абие приведоша к нему взятых сего града пленников. И от них уверишася, яко о пришествии нашем ко граду их вскоре никакоже помы(л. 91) шляюще, но впредбудущия дни быти и того ради от града обережных сторожей и опаства на имеют и люди пребывают вне града на посаде в домех своих и аще вскоре от воинства своего ко граду вой пошлешь, град сей без всякия брани вскоре имаши взяти. И слышав сей князь Иеремий Вешневецкий радостен бысть, чаяше град вскоре восприяти и избра от воинства своего избранных вой, посла на взятие сего града и утверждение се нам заповедав, дабы никто же от нас никакоже имел идучи ко граду в посады прибытка ради забегати. Но вскоре тещи ко граду и мы, ко граду зело устремително течаху и сретшихся нам у далных слобод, малым избиша и раниша, а иных израниша, и яша дабы видевше их во граде о пришествии их не возвещали.

И посад мимо протекше, (л. 91 об.) ко граду сему приидохом к науголной башни, иже нарицается Меловая. И видяще, яко никто же нас весть пришедших на стену града и со знамением не мало нас числом взыдоша и знамя поставища на граде у башни. И абие внезапу велию страху на ны нашедшу, и видехом вси, яко гора, на которой бе сей град и стена града, аки духу бурну нападшу и тем страхом з стены вспят на землю обращаеми быша и со града низпадаху, и з горы бежахом, и маяся за гору руками и ногами, и от града оттекше стахом на поле против града. И недоумевахомся, что сие нам бысть, истина ли или некая явления быша, и в том недоумении от онаго страха немало на том месте пребыша, и заутра того дня поидохом в посады и во дворех никого же обрстохом, но вси пусты бяху и сокровище мало где имуща и о сем поведаша князю (л. 92) Вешневецкому. И егда же прииде под сей град со всем воинством князь Вешневецкий и виде на первом и на втором приступах множество вой своих яко до семи тысячь побиенных зело свирепую и не хотяше града сего непрератуема оставити, за обещанием своим образу сему Богородичну за предание града устроити златаго киота, повеле ко граду сему приступати жестоким приступом. И егда нам от града сего отшедшим, стояще тогда, град сей нам видешеся якобы горы под собою ничтоже имат, но на ровном месте стояше и нижше и худу стену, якобы стоя на земли за верх тоя стены рукою ити могуще и вон внити вскоре чающе. А егда нам на взятие града сего идущих и елико ко граду сему ближайша приходяще, толико под градом высочества горы и стены пребываше.

И егда же ко граду сему (л. 92об.) приидем, и тогда зрится нам, яко никако же, от высочества горы и стены крепости сей град взяти кто может. На и се во время от нас на град сей ратования и приступов мнози от нас видяше, яко по стене сего града святолепнейшая девица в преизящном прекрасном свете ходяще и убрусом нас противных от града отреваше. А около ея красносиятелного света зело всесветли и велицы лучи сияют, и ни един из нас токмо, но и мнози во ужасе быта и недоумевающеся, что се нам видение зрится. И по оной святолелней девице из оружия стреляху и елицы, иже на ню стрелянием дерзнуша, ни един, иже не поврежден казнию бываше, но различными наказании за се истязание прияша: ов очесми света лишения, другии составом всех разслабление, ов рук усхнутие, друга же иными раз(л. 93) личными наказани. И се видяще воистинну уразумевше, яко се творит истинная Христа Бога нашего мати Пречистая и всепрославленная дево Богоотроковице по граде сем поборает и от нас на вы находящих в граде семь милостию своею и предстателством сохраняет и соблюдает и нам вас страшны являет. И те все оныя явлении не воедино время поведаны быша князю Вешневецкому, князь же никако же сему веры яша и аще вы, граждане, от ея покрова не имате отбегати, но вон притекати и милости и заступления со всякою истинною на ню надежду возложити, то, никако же град сей от противных имат: побежден быти, зане милостию Пресвятый Богородицы необоримою и никако же ратуемою стеною крепце огражден. И се преславное и неизглаголанное чюдо граждане от онаго и от протчих града того людей изшедших ис полков (л. 93об.) противных и тожце тамо в бытии слышащих и не в чем же разликовати имеющих слышаше, прославиша единаго всехитраго и всесилнаго человеческа рода содетеля и окормителя Господа Бога, во всяких обремененных скорбех скорую предстателницу пренепорочную деву Богоотроковицу возблагодариша: «Благодарим тя всех нас православных христиан, госпоже Пресвятая, прибегши к тебе вси грешнии твои раби и великую твою и неизреченную милость видяще. Благодарим тя, дево всесвятая, яко не остави нас сирых безпомощных быти и врагом нашим нами раби твоими радост прияти. Благодарим тя, непреоборимая горо, святая и всенепорочная, яко от нахождения противных тобою град наш невредим соблюдается» и протчия благодарственныя словеса ко оному вещаша.

И от того часа зело на ню, Пресвятую Богоотроковицу, крепким надеянием начаша надеятися, яко еще (л. 94) противнии и много град сей ратовании имут, но ничтоже успеют. И велие на ся храбрство прияша, ибо во время ко граду приступов и сие бываше и башню зажигаху, и часть некую стены преодолеваху, но всесилною Божиею помощию и предстателством к нему родшия его Богоматере, гражане же оных противных вспят со стыдом возвращающе со всякою с милостию многих противных побиваху. И видев се суемудренный князь Иеремий Вешневецкий и уразумев от многих ему глаголанныя от разных чюдесех о поборании того града Божия Матере истинне быти и ничтоже граду, тому успети, начаша помышляти, яко гражданя день от дней во брани зело крепцы являются, а его все вои от множества побиенных и чюдес от Пречистыя Богоматере страшливии сут и противу граждан противитися не возмогоша, бояся, да не и сам от граждан есть(л. 94 об.) убиен будет, з досталным своим войском малым от града скоро, якобы гоним неким, бежаше. Граждане, же заутра се видяще, прославиша везде сущаго и вся всех благих исполняюща Бога и Пресвятей и всечестнейшей небесней царице Богородице о таком ея на нас благопоказанном чюдодетелном излиянном всещедром милосердии и граду защищении и противящихся врагом побеждении благодарственный песни возшша. <...>

Список 50—60-х гг. ХУШ в.
ОРРНБ. Q.IV.10. Л. 5-9об, 68об.-10,83-94об
.

КОММЕНТАРИИ:

* «Повесть о граде Курске» (известная также под названиями «Сказание о Курской иконе Знамения Богородицы» и «Курский летописец») - древнейший историко-литературный памятник южновеликорусского происхождения, дошедший до наших дней. Он относится к циклу распространенных на Руси произведений, посвященных местночтимым чудотворным иконам. В своей наиболее полной редакции «Повесть» была составлена, вероятно, в 60-е гг. XVII в. (последние по времени события, описанные в ней, относятся к 1660—1662 гг.) Имя ее автора неизвестно, однако можно с уверенностью утверждать, что он был жителем Курска. В настоящее время известно восемь списков «Повести», два из которых относятся к ХVII. пять — к XVIII и один — к XIX в. Пять списков (в т. ч. древнейший) хранятся в ГИМ (Уваровское, Чертковское, Щукинское собрания), два — в РГБ (Румянцевское собрание) и один — в РНБ (Основное собрание рукописной книги). Подробнее об этом памятнике см.: Багалей. 1887. 258—271, Евсеев. 1905. т. 1,с. I—VII 3-й паг.,1 —172 4-й паг.; Раздорский. 1997: 298—299.

** Имеется в виду 6745 г. «от сотворения мира» или 1237 г. «от Рождества Христова» (Р.Х.).

*** «Повесть» является единственным источником, сообщающим об обретении иконы. Однако дата этого события не указана ни в одном из известных ее списков всех трех редакций (в четвертой главе «Повести» сказано лишь о том, что рыльский иерей Боголюб приходил каждый год 8 сентября на место обретения иконы служить молебен Богородице). Очевидно, что даты не было и в протографе памятника. Невозможно допустить, чтобы автор «Повести», имевший доступ к архиву Знаменского монастыря и тесно связанный с этой обителью, не знал о точном времени обретения иконы или же не счел нужным отразить эту важнейшую деталь в своем произведении. Вероятно, дата «8 сентября 1295 г», распространенная в краеведческой и церковно-исторической литературе, возникла только в XVIII в. в процессе переписок и редактуры не дошедших до нас списков «Повести», хранившихся в Курском Знаменском монастыре. Именно оттуда ее извлекли и включили в свои труды первые курские краеведы конца XVIII в. В списки же, находившиеся за пределами Курска, эта дата не была привнесена. Факты, приведенные в рассказе «Повести» об обретении иконы и ее последующем перемещении в Рыльск, могли иметь место не ранее конца XV — начала XVI в.

**** Василий Иванович Шемячич (? — 10.08.1529) — князь Новгород-северский и рыльский. Сын новгород-северского князя Ивана Дмитриевича Шемякина, внук галицкого (в 1446—1447 гг.— вел. московского) князя Дмитрия Юрьевича Шемяки. Весной 1500 г. вместе со всеми своими вотчинами перешел из-под власти польского короля в подданство вел. князя московского Ивана III и занял положение служилого князя. В историографии существуют разные мнения о том, когда Шемячич завладел Рыльском. По одной версии, он унаследовал Рыльск от своего отца, получившего его в кормление от польского короля Казимира в 1454 г. По другой версии, Рыльск, являвшийся «господарским городом» и напрямую подчинявшийся центральным властям Великого княжества Литовского, был захвачен Шемячичем только в 1500 г. в момент его перехода в московское подданство. Подробнее см.: Экземплярский. 1891: т. 2; Кром. 1995, Wolff 1895.

***** 1612 г. «от сотворения мира».

****** В историографии широко распространено мнение о том, что осада Курска поляками происходила в 1612 г. Об осаде города литовскими людьми и взятии ими большого городового острога в 120 г. (1612 г.) сообщается в грамоте царя Михаила Федоровича, данной в 1613 г. курскому губному старосте Мезенцову (см.: Сенаторский. 1913: 893). В то же время в самой «Повести» прямо говорится, что поляки подступили к Курску сразу же по прошествии трехдневного поста, объявленного Земским собором, созванного для избрания нового царя, т. е. в феврале 1613 г. Сам факт нападения врагов на город автор памятника объясняет тем, что многие куряне «в веселии пребывающе и повеленной пост... несохранением обругаша», за что и были наказаны (л. 69 об.).

******* В данном фрагменте упоминается библейский сюжет, в котором идет речь о войне между иудейским царем Асой и израильским царем Ваасой (3 Цар. 15:16 и след.,32;2 Пар. 16:1-6). Аса —сын и и преемник иудейского царя Авии, внук Ровоама и правнук Соломона, царствовал с 911 по 970 г. до Р.Х. (3 Цар. 15:9-24; 2 Пар. 14-16 Мф. 1:7). Вааса — один из военачальников в войске израильского царя Навата (Надава), которого он убил и сверг с престола, царствовал с 906 по 883 г. до Р.Х. (3 Цар. 15:27-34). Невоад — это сирийский царь Венадад, разорвавший союз с Ваасой и напавший на него по наущению Асы. Пророк Анания — это провидец Ханани (Хананий), брошенный Асой в темницу за то, что тот порицал его союз с Венададом, заключенный без совета с Богом (2 Пар. 16: 7-Ю).

******** В отписке курского воеводы П. Ромодановского указана точная дата, когда Вишневецкий осадил Курск — 13 января 1634 г. Хронологические расчеты свидетельствуют о том, что в 1634 г. 13 января действительно пришлось на вторник.

********* Весьма любопытный факт, требующий истолкования. Почему польский авангард, водрузивший над крепостью свой флаг, вдруг внезапно обратился в бегство? Деревянная курская крепость в 1634 г., согласно «Повести», находилась в ветхом состоянии («град всюду бе ветх»). По-видимому, после того, как нападавшие поднялись на стену, она под их тяжестью зашаталась («гора, на которой бе сей град и стена града, аки духу бурну нападшу») и грозила в любой момент обрушиться. Чтобы не быть похороненными заживо под рухнувшими укреплениями, поляки были вынуждены бежать прочь от крепости. Вступить в бой с курянами, находящимися на посаде, они не могли, вероятно, из-за своей малочисленности. Поэтому им не оставалось ничего другого, как отойти от города и дожидаться подхода основных сил.

Подготовка текста и комментарии А. И. Раздорского

СОДЕРЖАНИЕ

Весь интернет-Курск Компания 'Совтест' предоставившая бесплатный хостинг этому проекту
Получайте аннонсы новых материалов, комментируйте, подписавшись на меня в
поддержка в твиттере

Дата опубликования:
29.03.2016 г.
Форум по статьям на сайте

См. еще:

"КУРСКИЙ КРАЙ"
в 20 т.

1 том.
2 том.
3 том.
4 том.
5 том.
6 том.
8 том.

 

Дата просмотра:      © 2002- сайт "Курск дореволюционный" http://old-kursk.ru Обратная связь: В.Ветчинову