автор: C.Печенина

Достигнув пятнадцатилетия, дети служилых людей по отечеству – дворян и детей боярских имели право поступить на службу. Однако, в XVII столетии лишь небольшая часть недорослей начинала военную карьеру в столь юном возрасте. Как правило, к службе приступали в 17-18 лет, а зачастую и позже. Этому способствовало несколько причин.

Рис. 1. Иванов С.В. Смотр служилых людей – детей боярских XVII век.

Во-первых, требовалось получить определенную подготовку. Нужно было научиться владеть оружием, верховой езде, основам военного дела. Это требовало времени и обучения. Военная служба подразумевала высокий уровень ответственности, строгую дисциплину и способность принимать взвешенные решения в критических обстоятельствах. Слишком молодые люди часто оказывались не готовы к этому.

Во-вторых, существовали и экономические факторы. Снаряжение служилого человека было достаточно дорогим. Лошадь, оружие, доспехи – все это стоило немалых денег. Поэтому многие семьи не могли позволить себе отправить сына на службу сразу по достижении призывного возраста.

Кроме того, верстание на службу детей боярских происходило не ежегодно, а приблизительно раз в три года. В результате, если в поместье служилого не было крестьян или бобылей, подросшего отрока в течение нескольких лет использовали как землепашца, в то время пока его отец ещё был в силах нести службу. Работа на земле давала возможность недорослю не только прокормить семью, но и постепенно накопить средства на закупку необходимого снаряжения.

Вновь прибывших на государственную службу молодых представителей сословия дворян и детей боярских называли новиками. В случае, если они начинали служить, не дождавшись верстания поместными и денежными окладами, то они получали название «служилых новиков». Другие же новики, не приступавшие к несению службы до момента верстания, именовались "неслужилыми". Среди новиков были те, кто служил "с отцовского поместья" и беспоместные.

Верстанием же назывался процесс, во время которого вновь поступающих на службу сыновей дворян и детей боярских наделяли поместным (земельным) и денежным жалованьем. Эта процедура проводилась в ходе строевых смотров, организованных для оценки боеспособности служилого гарнизона, учета личного состава, проверки вооружения и конского состава. Смотры обычно устраивались в преддверии нового служебного сезона, в марте или апреле. Верстанием новоприбывших занимались главным образом городские воеводы, а иногда и думные дьяки, прибывшие из Москвы. Вспомогательную роль в этом процессе играли окладчики, выбираемые из числа местных служилых дворян и детей боярских.

По расспросам прибывших на смотр новиков и показаниям окладчиков определялись имущественное положение и служебная годность каждого молодого дворянина и сына боярского. На основании этого устанавливались величины их денежного и земельного окладов. Как правило, если новик поступал на службу вместо своего отца, то ему переходили отцовские оклады - как денежный, так и земельный. В течение службы размеры этих окладов могли быть увеличены. Собранные о новиках сведения заносились в особую «верстальную (новичную) десятню», копии которой отправлялись в Москву для учета в Разрядном и Поместном приказах.

В апреле 1639 года в Курске на съезжем дворе стольником и воеводой Иваном Михайловичем Бутурлиным проводился набор новобранцев. Со времени предыдущего новичного верстания, осуществленного курским воеводой Данилой Семеновичем Яковлевым, прошло три года, за которые значительное число юношей достигло призывного возраста. В ряды новиков было зачислено свыше двухсот молодых дворян и детей боярских. Среди них оказался и Кузьма Афанасьев сын Зорин.

По какой-то причине верстальная десятня не была отправлена в Москву и в феврале 1640 года Кузьма Зорин принёс в съезжую избу воеводе Ивану Бутурлину челобитную, в которой сообщал царю Михаилу Фёдоровичу о том, что «в прошлом, государь, во 147-м году апреля в 19 день по твоему государеву цареву и великого князя Михаила Федоровича всеа Русия указу верстан он, Кузьма, твоим государевым жалованием, поместным и денежным окладом в Курску. А новичной де, государь, десятни ис Курска к тебе, государю, не посланы. А что ему, Куземке, твоево государева поместный и денежный оклад учинен - про то де, государь, в Разряде и в Поместном приказе не ведомо».

Рис. 2. Фрагмент челобитной Кузьмы Зорина.

Поэтому Кузьма просил воеводу отпустить его «к Москве бити челом государю о помесном деле», а также отписать в Разряд, «что ему по верстанью поместный и денежный оклад учинен». Воевода Иван Бутурлин удовлетворил просьбу Кузьмы Зорина и отправил его в столицу с сопроводительным письмом к царю, в котором извещал монарха о том, что «в курской, государь, новичной десятне моево, холопа твоево, верстанья по окладчикове сказке ему, Кузьме, твоево государева жалованья поместный оклад учинен двесте чети, денег з городом шесть рублев».

Факт верстания Кузьмы Зорина подтверждается Сметной книгой города Курска, составленной в августе 1640 года новоназначенным курским воеводой Михаилом Григорьевичем Козловским. В этом документе Кузьма указан как один из 216-ти новиков верстания воеводы Бутурлина, с земельным окладом в двести четвертей и денежным жалованием в шесть рублей, а на службе он будет на меринке с пищалью.

30 августа 1642 года «стольник и воевода Григорий Григорьевич Образцов, подьячий Василий Тархов давали государево царево и великого князя Михаила Федоровича всеа Русии денежное жалование курчанам трем человеком выборным и детем боярским дворовым, и городовым, и новикам на 1642 год по списку, каков список был прислан с Москвы за дьячьею приписью и по окладчикове сказке». Во время проведённого при выдаче денег смотра была составлена разборная и денежной раздачи десятня курчан, где Кузьма Зорин вновь упоминается в новичном списке верстания 1639 года. В документе про него написано:

«Куземко Офонасьев сын Зорин в московском списку написан ранен. А окладчики про нево сказали: на государеве службе будет он на мерине с пищалью с саблею. Поместья за ним в дачех семдесят пять чети. Крестьян и бобылей за ним нет. Государево жалованье дано ему указная статья десять рублев. Порука по нём в службе и в деньгах Михайло Белой, Мартын Дмитров».

Рис. 3. Фрагмент курской разборной и денежной раздачи десятни 1642 года.

Следует пояснить, что летом 1641 года неподалеку от Курска, в степной местности, произошёл бой между курскими ратниками и татарским войском, в ходе которого Кузьма Зорин был ранен, и ему, как участнику сражения, выплатили десять рублей за его ранение. Упоминание о владении им поместьем в 75 четвертей земли свидетельствует о благоприятном исходе его поездки в Москву с челобитьем «о помесном деле».

В списке курских служилых людей разных чинов 1645 года Кузьма Зорин числится среди детей боярских городовой службы. К сожалению, дальнейшая его судьба не известна. Однако, сохранившиеся документы позволяют составить представление о типичной судьбе провинциального дворянина XVII века: начало службы в качестве новика, участие в защите границ, постепенное вхождение в ряды городовых детей боярских. Его история – это лишь небольшой эпизод в многовековой истории русского дворянства, служившего верой и правдой Отечеству.

ИСТОЧНИКИ:

1. РГАДА, Ф. 210, Оп. 12, 123, Л. 76-76об.

2. РГАДА, Ф. 210, Оп. 4, Д. 180, Л. 56об.

3. РГАДА, Ф. 210, Оп. 4, Д. 188, Л. 368.