автор:А. Куркулев

В XV-XVII веках, когда границы Российского государства формировались под натиском многочисленных врагов, а слава добывалась на полях кровавых сражений, особое место занимала весть о победе, которую воевода с гонцом отправлял в Москву к Государеву двору. Такое донесение именовалось сеунчем, а того, кто приносил эту весть называли сеунщиком. Сам термин «сеунч» был позаимствовано из татарского языка, в котором это слово означало «радость».

Рис. 1. В.Г. Шварц «Гонец XVI века».

Честь быть сеунщиком воевода обычно предоставлял воину, отличившемуся особой храбростью и доблестью в бою с неприятелем. Это поручение, требовавшее максимально быстрой доставки донесения от воеводы в столицу, служило не только знаком признания заслуг сеунщика, но и поощрением, так как гонец за радостную весть получал награду от царя. В Разрядном приказе, ведавшем военными делами и учётом служилого населения Русского государства, составлялись Книги сеунчей, в которые вносились сведения из доставленных гонцами донесений от воевод, а также информация о полученных сеунщиками царских вознаграждениях.

Курские воеводы так же направляли посыльных в Москву с донесениями о военных успехах. В дошедшей до наших дней «Книге сеунчей», охватывающей период с 1613 по 1619 год, зафиксировано несколько случаев прибытия сеунщиков из Курска в Разрядный приказ:

18 августа 1616 года – сеунщик курченин Иван Савин сын Сорокин;

27 октября 1616 года – сеунщик курченин Мелех Сергеев;

20 декабря 1616 года – сеунщик курченин Федоревской;

1 февраля 1617 года – сеунщик курченин Тарас Чеплыгин;

5 февраля 1617 года – сеунщик курченин Кондрат Шумаков;

27 июня 1618 года – сеунщики курчаня Семен Веденьев и Иван Котунин. [1]

Самым выдающимся представителем курских сеунщиков являлся выборный дворянин Иван Антипов сын Анненков, в 1620-1630 годах бывший стрелецким, казачьим и походным головой в курском гарнизоне и неоднократно выходивший победителем в сражениях с непреятелями. Известно, что он как минимум трижды доставлял в Москву "сеунчи" от курских воевод.

Так, 2 сентября 1623 года к царю Михаилу Федоровичу с вестью от воеводы Степана Ушакова прибыл курченин Иван Анненков. В своем донесении воевода информировал, что он отправлял для преследования татар служилых людей во главе с головой Иваном Анненковым и стрелецким головой Малютой Дурышкиным. Отряд успешно атаковал татар недалеко от реки Лещины, одержал над ними победу и отбили русский полон. Сеунщику Ивану Анненкову было «дано жалованья 9 рублей, да сукно доброе». [2]

Рис. 2. Фрагмент стобца Московского стола [3].

В 1628 году Иван Анненков вновь был прислан из Курска в Москву к государю. В своей «отписке» курский воевода Гавриил Константинович Юшков сообщает царю, что «посылал он, Гаврила, в поход за татары по татарские сакмы для промыслу над татары голову Ивана Анненкова с ратными людьми в Курском уезде». В том походе курские ратники татар побил, трёх языков взяли, «да полону русского отбили пять человек». [3]

Рис. 3. Память дьяку Гаврилу Облязову о выдаче жалованья курченину Ивану Анненкову.

За службу и за сеунч Ивану Анненкову было дано государева жалованья 9 рублей и сукно английское доброе. Причём в сохранившихся в архиве Московской оружейной палаты «памятях дьяку Гаврилу Облязову о выдаче жалованья курченину Ивану Анненкову» указано, что за «службу 1628 года» он дважды получал по «сукну доброму»: полотнище на сарафан [4] (так называлась мужская верхняя одежда, надеваемая поверх рубахи) и «настрафиль лазорева» [5] (вид английского сукна; причём более дорогой считалась настрафиль ярко-малинового, жёлтого, синего цвета, тогда как голубое и зеленое относилась к более дешевым вариантам).

Рис. 4. Память дьяку Гаврилу Облязову о выдаче жалованья курченину Ивану Анненкову.

В 1633 году из Курска в Москву по приказу воеводы Ромодановского были направлены сеунщиками Иван Анненков и Иван Бунин. В своем донесении Государю воевода сообщал: «24 Августа в четвертом часу дни приходили под Куреск литовские люди и черкасы полковые, и урядник польский Сеножацкий к городу приступал с четвертого часу дни до вечерен жестокими приступы, и Стрелецкую слободу жгли. И я, холоп твой, посылал на вылазку голов Ивана Анненкова и Ивана Бунина, а с ними детей боярских и всяких людей. И Божиею милостью и твоим Государевым счастием литовских людей от города отбили, и они пошли за реку Семь. А послал я к Москве к тебе Великому государю с сеунчем курчан Ивана Анненкова и Ивана Бунина. А Литовские люди пошли к деревне Толмачевой Курского уезда, а были ляхи и литовцы и запорожские казаки, а полковник Пырской, да Яцко Остренин, да с ними от Рамонского городка урядник Сеножацкий, а с ними 15 знамен». [6]

Таким образом, Иван Антипов сын Анненков предстает перед нами как пример служилого человека той эпохи, чья храбрость, преданность и ратные подвиги были по достоинству оценены. Его служба, отмеченная в послужных списках, донесениях воевод и других документах Разрядного приказа, выдвигает его в ряд выдающихся личностей, оборонявших юго-западные границы Русского государства в один из наиболее неспокойных периодов его истории – первую треть XVII столетия.

ИСТОЧНИКИ:

1. РГАДА, Ф. 210, Оп. 6, ед. хр. 2.

2. Танков А.А. Историческая летопись курского дворянства, М., 1913г.

3. РГАДА, Ф. 210, Оп. 9, Д. 191, Л. 60.

4. РГАДА, Ф. 396, оп. 1, Д. 1892.

5. РГАДА, Ф. 396, Оп. 1, Д. 1714.

6. Танков А.А. Историческая летопись курского дворянства, М., 1913г.