«ПРЕКРАСНЫЕ КАЧЕСТВА СОЛДАТА ВНОВЬ БЫЛИ ПРОЯВЛЕНЫ НА МАНЕВРАХ…» (К 110-ЛЕТИЮ ПРОВЕДЕНИЯ НА ТЕРРИТОРИИ КУРСКОЙ ГУБЕРНИИ БОЛЬШИХ МАНЕВРОВ В ВЫСОЧАЙШЕМ ПРИСУТСТВИИ)

ВЫПИСКИ ИЗ ДНЕВНИКА ГЕНЕРАЛ-АДЪЮТАНТА КУРОПАТКИНА ПО КОМАНДОВАНИЮ ЮЖНОЙ АРМИЕЙ НА БОЛЬШИХ КУРСКИХ МАНЕВРАХ В 1902 ГОДУ(1).

Заключения по маневрам (По действиям Южной армии).

В общем нельзя было не восхищаться выправкой, выносливостью и внутренним порядком в войсках как Киeвcкого, так и Одесского военных округов.

С такими войсками, да при таком полевом штабе с ген. Сухомлиновым, Командующему армией легко работать.

Обучение войск в Киевском и Одесском военных округах ведется правильно. Некоторые увлечения однако, по моему личному мнению, существуют в Киевском военном округе по следующим вопросам: 1) о возможности безостановочного наступления и атаки, 2) о возможности наступать без поддержки наступления ружейным огнем, 3) о возможности наступать вблизи противника, перед атакой, плотной массой, 4) о прикрытии артиллерии цепью, расположенной на линии батарей, а не впереди их. Эти увлечения находят себе оправдание в нескольких параграфах ныне испытываемого устава полевой службы. По получении по сему проекту мнений начальников войск, вероятно, эти параграфы придется несколько изменить.

Все чины войск относились к маневру весьма серьезно и с большим интересом. Все работали, не жалея сил. Заботы о нижних чинах привели к отличным результатам: не было отсталых и заболеваемость была очень малая.

Интендант вполне успешно справился с выпавшей на него задачей.

Части инженерная, артиллерийская и военно-медицинская действовали хорошо.

Опыт устройства тыла был весьма поучителен, в особенности организация транспортной службы. Необходимо, однако, выделять особые войсковые силы для охраны тыла. Важно скорее вооружить всех нестроевых.

О технических силах и средствах будет написано далее.

Практика войск в маневренных действиях была достаточная, но она могла бы быть еще более поучительна, если бы Московская армия защищала позицию на р. Реут и защищала переправы на р. Сейм.

В результате надо надеяться, что Государство не даром истратило на эти маневры 1 млн.руб. Прежде всего большая часть этих денег вернется в население Непроизводительные расходы получились, по моему мнению лишь потому, что войска могли иметь еще большую практику против того, что они имели. Так, надо было не дозволять оставлять Московской армии линию р. Реут без обороны. Атака была бы очень поучительна.

Надо было также приказать удерживать переправу у с. Лозовское. Надо заем было более энергично оборонять переправы на Сейм. Все это так, но и той науки, которую мы прошли, достаточно, чтобы всегда с теплым чувством вспоминать время, проведенное нами на маневрах. Главное же: ГОСУДАРЬ видел массу войск и войска видели своего ГОСУДАРЯ.

Можно, на основании опыта большинства наших больших маневров, придти к заключению, что свобода действий маневрирующих сторон должна быть допускаема, пока таковая не вредит делу. Но если той или другой стороной принято такое решение, которое отнимает у маневра поучительность и лишает войска практики в атаке и обороне (для чего маневры и служат), то Главному Посреднику или руководителям маневров надлежит вмешиваться и ставить новые задачи или делать поправки в принятых решениях.

Таким образом, по моему мнению, если бы таковой порядок действий руководителей и главных посредников был ВЫСОЧАЙШЕ одобрен, то в будущем:

1) Если бы противник пожелал без основания оставить напр. такую сильную позицию за рекой Реут даже без арьергардных боев, то Главный Посредник указал бы оборонять те или другие участки этой позиции.

2) Если бы противник без основания пожелал увести войска, оборонявшие наприм. переправу за рекой Сейм, наприм. у с. Лозовское, лишь по приближении головы 8-го корпуса к этой переправе, Главный Посредник указал бы оставаться и оборонять переправы, пока 8-й корпус не был бы вынужден развернуться и начать форсирование переправы под огнем.

3) В прошлом году на больших маневрах под Нарвой Генералу Адамовичу было бы указано оборонять реку Нарову, что привело бы к весьма поучительным действиям.

4) Тому же Генералу не дозволили бы спешно отступать без всякого маневра от р. Наровы прямо до хороших, известных ему редутов на военном поле, близ Красносельскаго лагеря.

Добавлю, что на больших маневрах под Елисаветградом мне пришлось очень горевать, что противник при наступлении моем к позиции, заблаговременно и сильно им занятой, начал так спешно отступать, что не доставил мне даже практики развернуть вверенные мне силы - 20 батальонов.

Надо разработать этот вопрос и составить всеподданнейший доклад.

Частные замечания, сделанные во время маневров.

Киев. 22 Августа.

Сегодня произвел смотр сводному батальону из Киевского военного и Одесского и Чугуевского юнкерских училищ. В строевом отношении Одесское училище резко выделилось стройностью движений, тишиной, хорошей выправкой. Слабее других Киевское училище. Объяснили тем, что юнкера Одесского училища не были отпущены в отпуск и занимались строем, а остальные только что прибыли из отпуска.

Тактическое ученье прошло плохо. Командовал батальоном батальонный командир Киевского военного училища. Задача была: взять укрепление на артиллерийском полигоне. Брали без подготовки атаки огнем и без передышки в мертвом пространстве перед штурмом главного вала. Полезли, запыхавшись, одиночные юнкера. Знамя прибыло последним без прикрытия. Объяснил эти ошибки юнкерам и офицерам. Ошибки, увы, наиболее часто встречающиеся в нашей армии.

По дороге в Киев встретил и осмотрел эшелоны 10 стрелкового полка и 3 стрелкового артиллерийского дивизиона. В порядке.

Ст. Коренево. 24 Августа.

Приехал утром. Коренево - база Южной армии. Многое сделано.

Осмотрел расположение уже прибывших саперных частей, бригады Донских казаков (Свод. дивизии), Урупский полк, три летучих и один местный парки. Присутствовал при высадке двух эшелонов Урупского и двух эшелонов Волгского полков.

Из Сводной казачьей дивизии хуже других выглядели некоторые лошади Волгского полка. Люди лучше всего выглядели в Волгском полку, но по росту Донцы крупнее. В Волгском полку хуже других представилась 3-я сотня. Командир 16 Донского полка плох (Полк. Жиров).

В команде 17 Донского полка, оставленной при коменданте, не было воинского вида. Смотрели мужиками.

Приготовление обеда

Приемные покои нашел в порядке. Саперный лагерь тоже. Кухни были слишком близко вынесены к железной дороге. Офицер, заведовавший кабельным отделением, жаловался, что телеграфный аппарат слишком мал, что поэтому телеграфирование затруднительно. Действительно, при массе перевозимого имущества иметь этот аппарат (главную часть имущества) даже в два раза более можно. Надо проверить.

Артиллерийская часть.

Три летучих парка и один местный представились мне хорошо. На время совместного их расположения надо было назначить общего начальника. Ящики старые. 4-х лошадная упряжка вместо шестерочной в военное время, но нет снарядов. По доставленной мне справке вместо 97 пудов (военного времени) будет 72 (в легком ящике). Опасаются, что лошади повезут плохо. Лошади Оренбургских батарей (некоторые) слабы. Офицерский состав и нижние чины хороши. В местном парке не оказалось ни одной повозки. Приказал нанять одну. От станции 1,5 версты, от кухонь 350 сажен. Один топор. Унесли его на кухню и с затруднением вскрывали ящики с патронами ломом.

Интендантская часть.

В большом порядке. Осмотрел 4 хлебопекарни. Каждая выпекает 14 - 15.000 порций в сутки, при 4-х выпечках в сутки. Отлично налажено дело. Люди, преимущественно, из 33 пех. дивизии. Бравый, здоровый вид. Во всем большой порядок. Жаль, что вдоль палаток сняли полосу дерна, – могла образоваться пыль. Хлеб прекрасный. Много дали хлебопеков из войск. Много из них Кавказцев, особенно армян. Тоже смотрят хорошо. Процесс передачи хлеба в войска организован. Подводчики уже имеют бляхи на рукавах, но хлеба и фуража им еще не выдавали. Начнут завтра.

Склад муки, овса и сена тоже найден в порядке. Мука и овес отличные. Сено – тимофеевка. Хвалят. Мне показалось крупным. Топливо заготовлено.

Железнодорожная часть.

Много сделано. Начальство железной дороги шло на встречу нашим требованиям. Заготовлены сходни, расширены платформы, поставлено освещение, назначены в помощь при разгрузке артели рабочих. Производится усиленная чистка местности и отхожих мест. Разгрузка войск шла очень успешно. Комендант ст. Коренево, Нежинский воинский начальник, 16-й год в чине полковника, распорядился отлично. Все знает. Многое принял на себя. Разбил биваки 15 и 34 дивизий, указал флагами различные части речки для разных надобностей. Знал дороги. Сопровождал меня всюду. Нельзя ли его продвинуть вперед?

Общее впечатление дня очень отрадное. Все работают и знают, что от них требуется.

Передвижение

25 Августа.

Приехал от ст. Иванина по р. Реуту (левому берегу) далее по речке Борщень до с. Борщень. Левофланговый отряд для охраны левого фланга армии надо сделать сильнее: 2 батальона, 2 батареи, 2 сотни. Расположить его на укрепленной позиции на левом берегу р. Реут. Дано указание Начальнику 9 пех. дивизии, ген.-лейт. Зарубаеву, выбрать позицию и укрепить; не ввязываясь в бой с превосходными силами, этому небольшому отряду отступать по направлению к ст. Коренево. Осмотренный нами участок р. Реут и предназначенный для 10-го корпуса, достоин внимания.

Надо подготовить позицию для обороны на армию. Надо броды и мосты уничтожить (обозначив это) против сих мест, даже на участке, не занятом войсками; между левофланговым отрядом и левым флангом 9-й дивизии установить наблюдение и оборону небольшими пахотными частями. Необходимого свойству местности, оборонять переход через самую долину Реута. Для артиллерийских позиций есть хорошие высоты, но с них возможен, как кажется, обстрел только правой стороны долины. Командиру 7 саперного батальона (очень хвалят), бывшему в Маньчжурии, дал указания: произвести рекогносцировку участка, предполагаемого к занятно 10-м корпусом; определить места опорных пунктов; строить их немного, но сильные. Участок правого берега р. Реут (от с. Колпаково до сах. зав. Мальцева) весьма удобен для обороны (наступления). Леса подходят к самой реке и допускают укрытое расположено и быстрое наступление корпуса войск.

Отбитые от реки Реут, мы должны будем отступать довольно открытой местностью, постепенно повышающейся. Отойти скрытно – нельзя.

К 28 Августа надо отвести все наши части, расположенные на правом берегу р. Реут, к этой реке, дабы мы занимали полосу не шире 3-х верст на правом берегу Реута.

29-го сделаем серьезную разведку на правом берегу Реута для определения направления главных сил противника.

Надо определить арьергардные позиции на правом берегу, под прикрытием которых мы могли бы отвести войска свои на левый берег реки. Пробовал решить задачу наступления за противника. Имея превосходство в силах лишь несколько дней, лишь один способ сулит серьезной выгоды: возможность разбить противника по частям. Надо для сего атаковать левый фланг нашего расположения. Но опасность существует серьезная, если, притянув быстро 8-й корпус, мы атакуем им противника с фронта, а двумя корпусами ударим на его левый фланг и прижмем его к Сейму.

Успешная атака правого фланга приводит к отступлению 2-х наших корпусов на третий (8-й). Ген. Сухомлинов предполагает, что противник атакует нас двумя корпусами с фронта, а третьим правый или левый фланг. Склоняется, что скорее правый.

Встретил по дороге шестовое отделение (неожиданно). Шло в большом порядке.

Осмотрел бивак 7-го саперного батальона. Стали хорошо и близко к месту представших для них работ.

Утром видел высадку двух батальонов 33 Елецкого полка. Работали без суеты. Новый командир полка, полковник Свидзинский, еще опыта не приобрел.

26 Августа.

Сегодня объехал позиции по р. Реут, предназначенные для Сводного корпуса, между с. Касторное и хутором Хитровка. Был и на противоположном берегу. Возможно укрепить на флангах д. Хитровка с впереди лежащим лесом и на левом фланге с. Касторное. Между этими пунктами лежит отличная артиллерийская позиция, которую тоже надо укрепить. Для охраны правого фланга расположения всей армии необходимо выдвинуться небольшим отрядом на высоты к юго-востоку от д. Хитровка и создать там укрепленный пункт.

Ген.-лейт. Филипову дал указания, дабы не развивал личной инициативы во вред действиям всей армии. В пределах задачи, поставленной корпусу, инициатива, напротив, крайне необходима.

Видел интендантский склад, воздухоплавательный парк и 51 резервную бригаду. Все в порядке. Походные кухни служат отлично. Молодцоватее других выглядели нижние чины Лебединского батальона (полк. Нуджевского). Все батальоны пяти ротного состава. Расположены по квартирам, по полуроте на дворе. Обывательскими обозами довольны.

Моторы действуют. Вчера один из них испугал лошадей станового. В результате становой помял или даже переломил ногу.

Сейчас кончил совещание с генералами Сухомлиновым и Мавриным. Установили главнейшие распоряжения на 27 и 28 Августа и общие предположения на 29-е.

28 Августа.

Вчера приготовили все распоряжения по армии. Вечером собрал 18 старших начальствующих лиц, в том числе трех корпусных командиров, трех начальников штабов корпусов и двух начальников кавалерийских дивизий. Обсуждали позиции, предназначенные для каждого из корпусов. Все шло гладко. Изложил цель действий: оборона р. Реут, но оборона без потрясения наших сил. Поэтому мы должны отступить неразбитыми на свое подкрепление – 8-й корпус и уже тогда получим инициативу в свои руки.

Схема расположения Южной армии к вечеру 28-го августа

Из участников совещания отличился ген.-м. Янжул. Выбирал для штаба корпуса селение вдали от войск, потому что в других не было хороших хат для ночлега. Побранил, указав, что главное – надо заботиться об удобствах войск, удобстве получения приказаний и пр., а не о себе.

Неожиданно отличился и ген.-лейт. Мылов (к-р 8-го корпуса), выразив опасение, что он может быть атакован по железной дороге дивизией, которую противник перевезет к ст. Коренево. Ген. Случевский был достаточно умерен в словах и говорил толково. Ген. Филипов тоже говорил дельно.

Сегодня объехал расположение 10-го корпуса и видел войска 9 и 31 пех. дивизий, кроме Орловского полка. Войска нашел в большом порядке.

Три полка 9-й дивизии ночью стали слишком далеко от воды: две версты. Передвинули. Лошади в артиллерии в хорошем теле. Присланный из конницы бракованные для конных ординарцев очень плохи. Лошади полковые разнообразны, но в рабочих телах. Некоторые лошади Волгского полка плохи. Командир 121 Пензенского полка, полк. Зегелов, из Генерального Штаба, не знал, из какой крупы варят нижним чинам кашу: проваренной или обыкновенной. А разница в приготовлении каши была 5 1/2 часов времени. (Из проваренной - прекрасная каша готовилась в 1/2 часа).

Убедился на местности, что позиции мы занимаем весьма растянутые, что вызывает необходимость принять меры к немедленному сокращению тех или других позиций, как только определится главный пункт атаки. Дал указание, чтобы не очень вылезали вперед перед тет-де-поном у с. Колпаково. Равно объехал и сделал предположение о создании двух опорных пунктов (один - ферма) на участке между двумя корпусами.

В с. Борщень осматривал почтовых голубей и при мне пару выпустили в Коренево.

ГОСУДАРЮ ИМПЕРАТОРУ послана диспозиция в двух экземплярах: одна на моторе.

В полках 9 и 31 дивизий осталось лишь по 5 - 7 боевых офицеров. В 9-й артиллерийской бригаде и 31-й тоже по несколько человек, преимущественно в числе командиров батарей.

Ген. Кублицкий не надежен здоровьем; спокоен. Ген. Зарубаев производит хорошее впечатление: опытен, спокоен, входит в быт войск.

Из бригадных выделяется ген.-м. Артамонов (31 дивизии), но здоровье тоже подорвано.

Офицеры представились очень хорошо: опрятно одеты, в комплекте. В Брянском полку 60 офицеров. Из командиров полков знаю как отличного командира - полковника Яроцкого (Брянского полка). Почему его не представляют к производству в Генерал-Майоры?

Вчера пропустил мимо себя всю 3-ю стрелковую бригаду с артиллерией. Прошли в общем в большом порядке, даже обозы. Хуже других прошел II полк. Нижние чины в 3 стрелк. бригаде слабее, чем в 9 и 31 дивизиях.

Обывательский обоз шел хорошо. О полковнике Хатове начальник бригады дал отличный отзыв.

Сегодня в околотке Урупского полка видел до 50 казаков, пришедших за врачебною помощью, как трахоматозные (вирусное заболевание глаз – ред.). 31 Августа.

Сегодня окончился третий день маневра. Кончали день так поздно и столько требовалось разных распоряжений, что не оставалось времени для дневника.

29-й производили разведку всею конницей, поддержанной двумя бригадами пехоты. Кавалерия имела отличные столкновения с конницей противника, которая была опрокинута, и с 4 батал. пехоты у с. Дьяконово (близ Сейма) тоже признанными разбитыми. Пехота дождалась появления головных неприятельских сил. Действиями конницы, но не массой, а отдельными разъездами, выяснилось общее направление наступления противника для удара с фронта двумя корпусами и обхода нашего левого фланга одним корпусом.

30 Августа действия противника были весьма разрозненны. Первоначально Сводный корпус атаковал расположение правого фланга 10-го корпуса. Затем появилась кавалерия, обошедшая наш левый фланг (очень далеко), а за нею еще дальше пехота. Наконец, вышел на высоты правого берега р. Реут и 17-й корпус. Все это было разделено большими расстояниями по пространству и большими промежутками по времени.

Ген. Случевский раньше, чем мне кажется следовало бы, дал приказание очищать позицию. Сводный неприятельский корпус появился на нашей стороне против с.Старое Гатище. Тогда я пpиoстановил наступление и ввел весь общий резерв армии (16 бат. 30 оруд.) в дело. Вместе с подоспевшими 10 батал. 9-й дивизии образовалась сила в 34 батальона, которая и ударила на 17 батальонов. Кроме того, на эти 17 батальонов была брошена мной и 10 кавалерийская дивизии. Все было смято. Как раз в это время приехал ГОСУДАРЬ ИМПЕРАТОР. Я Ему представил почетный рапорт. ГОСУДАРЬ был очень доволен объездом войск. ЕГО ВЕЛИЧЕСТВО говорил мне про войска Южной армии: как они искусно пользуются местностью - не видно, как появятся и быстро скроются. На глазах ГОСУДАРЯ 10 кавалерийская дивизия атаковала прорвавшихся через наши 34 батальона пять батальонов противника.

Сегодня мы должны были сделать большой марш и атаковать противника на р. Реут. Совершили марш в большом порядке и очень сосредоточенно, но к общему сожалению противник боя на Реуте не пожелал дать, начал отступать. Сильно пощипали его хвост. Очень пострадала 36 дивизия, которой вышли в тыл. С нашей стороны наиболее трудная роль выпала Сводному корпусу.

13-й корпус противника, вставленный на нашей стороне Реута, мог бы отступить довольно благополучно, если бы 36 дивизия не потянулась логом без мер охранения уже за Реутом, где и напоролась на Сводный корпус, главным образом на 4 стрелк. бригаду.

Укрепленная позиция Южной армии на р. Реут

Жаль, что разрешение Главного Посредника начать действия раньше 7 часов доставлено было нам слишком поздно; между тем, 13-й корпус тронулся чуть ли не до рассвета.

Огорчился и за ген. Случевского, приказавшего приостановить бригаду ген. Кублицкого, шедшую во главе, для отдыха и подтягивания корпуса, чем связь с противником (13-м корпусом) была потеряна.

3 Сентября.

1 Сентября вся Южная армия в очень большом порядке сделала марш от Реута до Сейма. Пришлось до указанных позиций пройти 35 и до 40 верст. До 27 - 28 верст шли лишь с малыми привалами. Войска шли удивительно: без отсталых. Обозы даже второго разряда, двигались в полном порядке. Все подводчики довольны.

Огорчило меня опоздание выступления 10-го корпуса более чем на час времени. Виноваты ген. Кублицкий и Случевский. Авангард ген. Кублицкого пошел не по той дороге, которая ему была назначена, а ген. Случевский задержал движение сбором начальников и многосложными объяснениями предстоявших войскам действий.

На марше взяли в плен два эскадрона и две роты кн. Юсупова и его самого, производивших нападение на наш тыл. Я одобрил действия кн. Юсупова, ибо, действительно, он сделал нам много тревог, что и требовалось.

На марше авангард Сводного корпуса настиг хвост 13-го корпуса. Преследуя его, овладел двумя мостами, перебросив через них часть 4-й стрелковой бригады. Действия противника тут были беспорядочны. Но ген. Филипов, увлекшись преследованием и действиями в районе, отведенном 10-му корпусу, оставил 3 стрелковую бригаду, оторванную от корпуса. Она, идя занимать Гуторово, наткнулась на весь 17-й корпус и была крепко пощипана. Посредники присудили ее к бездействию до 6 ч.утра.

Всю ночь мы работали, рекогносцируя подходы к реке, устраивая переправы, исследуя мосты. Не спал всю ночь, лично осматривая предположенные для переправы войска, для выбора направления главных сил резерва.

До 2-х часов ночи я надеялся, что 17-й корпус останется на левом берегу, и сделал все распоряжения, чтобы атаковать его 46 батальонами. Противник мало препятствовал нашим работам.

С первым рассветом я лично двинул 9 пех. дивизию вперед и за нею шестнадцать батальонов общего резерва. Противник действовал слабо и в 4 ч. 30 мин. утра мы уже заняли рощу впереди с. Черницыно и сосредоточили в руке 40 батальонов. Роща была приведена в оборонительное положение. Первоначально ген. Зарубаев поставил всего 8 рот по опушке. Я указал поставить 18 рот по размеру всей опушки и все эти 18 рот отлично окопались. Влево от этого основного кулака 8-й корпус выставил 100 пушечную батарею. Я отдал туда орудия из общего резерва (24) и орудия, бывшие при 51 рез. бригаде (24).Первоначально ген. Мылов напугал меня своим предположением собрать 19 батальонов у с. Полянское, а не у Жеребцово. Это на столько разрывало связь с 10-м корпусом, что противник мог воспользоваться удалением наших колонн одной от другой и попробовать их отразить по частям.

Boвремя полученные указания – собрать главные силы на правом Фланге, были приведены в исполнение энергично.

Атака двух корпусов, поддержанных общим резервом 116 батал. I, поддерживаемая 100 пушечной батареей и огнем II батарей, дружно выехавших на позицию на фронте наступления 10-го корпуса, – вышла очень сильной и весьма энергичной. Даже противники отдавали должное полному согласованию в действиях войск всех родов оружия, всех колонн. 10 кавалерийская дивизия атаковала вовремя. – 64 батальона шли на с. Касторная. В это же время и Сводный корпус энергично наступал на с. Маква. Первоначально ген. Филипов пришел в уныние. Неудача 3-й стрелковой бригады подействовала на него угнетающим образом. В одном из донесений он высказал сомнение в возможности переправиться через Сейм, ввиду значительности сил, находившихся против него. Послал ему очень энергичное приказание радоваться, что против него много сил; что чем более сил он успеет привлечь на себя, тем более облегчена будет задача главных сил. Чтобы он лез вперед отчаянно. Действовал затем отлично и ввел противника в заблуждение: оттуда ожидали главной атаки и туда направили армейский резерв.

Ранее, ночью, он прислал мне по телефону донесение, что ввиду наступившей темноты он прекращает приготовление к переправе. Я послал ему приказание продолжать работу.

Общая атака назначена была мною в 9 ч. утра.

Накануне в с.Дьяконово я встретил ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА и провожал ЕГО при объезде войск. ГОСУДАРЬ по моей просьбе разрешил действия ночью до бригады пехоты и просил не начинать со штурма очень рано. ЕГО ВЕЛИЧЕСТВО лично указал 9 ч. утра. Я просил не уточнять так; что я приму все меры, дабы быть готовым к 9 часам, но та или другая часть может запоздать переправой и тогда нельзя будет ударить всеми силами. ГОСУДАРЬ разрешил время атаки назначить мне самому, но не ранее 9 ч. утра. В девять я и назначил атаку.

ГОСУДАРЬ милостиво встретил меня, когда был дан отбой. САМ указал подъехать к Великому Князю СЕРГЕЮ АЛЕКСАНДРОВИЧУ и «помириться». Мы крепко пожали друг другу руки. ГОСУДАРЬ сказал: «надо поцеловаться», что мы и исполнили после завтрака.

Великий Князь МИХАИЛ НИКОЛАЕВИЧ 2 Сентября высказал мне свое недоумение на действия Московской армии, бросившей сильную линию Реута, все в опасении обходов. Картина атаки у д. Касторная вышла действительно грандиозная. Все войска шли с редким воодушевлением. Когда атака окончилась «сквозною атакою» ГОСУДАРЬ дал отбой и объезжал войска. Объехал массу частей. Все названия полков ЕГО ВЕЛИЧЕСТВО знал.

Войска обеих армий представились в этот день молодецки.

У нас работали все роды оружия. Генеральный Штаб писал, разведывал. Полевой штаб был вполне на высоте трудной, выпавшей на него задачи.

Постройка понтонного моста через р. Реут

Инженеры и сапёры всю ночь перевозили войска на понтонных лодках и построили два понтонных моста: один для бригады 31 дивизии (10-го корпуса), другой – у с. Гуторово для Сводного корпуса. 8-й корпус переправлялся тоже частью при помощи инженерных средств, частью при помощи складных лодок, взятых 34 пех. дивизией, кажется, по три на полк. Каждая лодка весит 6 пудов и поднимает 12 человек, кроме 3 гребцов. Подробно осматривал. Надо исследовать. Надо вытребовать лодку, сделать опыты и, быть может, принять ее в число штатных предметов. Прибавится одна повозка на полк, но выиграется свобода действий. 34 дивизия и на Реуте на Сейме обошлась своими средствами.

2 Сентября я дал начальнику инженеров задачу соединить меня в с. Черницыно с штабами всех корпусов телефоном. Задача эта была не вполне выполнена: с 8-м корпусом нас не соединили. Кроме того, ночью не было назначено дежурных офицеров у телефона и все принимали писари. Я очень тревожился вопросом, удалось ли нам занять Гуторово и не ложился всю ночь. Самый телефонный аппарат очень тяжел и неуклюж. Надо пересмотреть и принять другую систему. Мостовые принадлежности, приданные к саперным частям, оказались незначительными даже для таких речек и рек, как Реут и особенно Сейм. 10 саж. на саперную роту очень мало. Надо иметь до 15 сажен.

Артиллерия не разбрасывалась и в корпусах 8-м и 10-м действовала в двух больших массах. Пехота - молодцы.

Порядок построения войск Высочайшего смотра г. Курска 1902 г.

6 Сентября.

4 Сентября был день дневки. Вечером встреча Шаха Персидского. Днем съездил осмотреть полки 34 пех. дивизии (Симферопольский, Феодосийский, Керчь-Еникольский и Таганрогский). Нашел их в отличном порядке. Прекрасный вид людей. Заботливое отношение к ним начальников. Офицеры с нескрываемым воодушевлением рассказывали про свое участие в маневрах, особенно в последнем штурме позиции у Курска. Особенно трудно было по местности идти тем, кои брали во фланг и почти в тыл неприятельскую позицию, двигаясь от с. Полянское. Против них противник вел, по их словам, «жестокий» огонь пачками, именно такой, говорил г.-м. Жолтановский, командующий одним из полков, какой надо ожидать в настоящем бою. Преодолели много оврагов.

Масса офицеров, окружившая меня, на мои расспросы о походных кухнях дружно отвечала о их прекрасных качествах и просила о введении их в штат частей. Затем 34 дивизия гордилась своими лодками, изобретения одного из офицеров дивизии осмотрел их подробно: деревянный, разборный карниз, по дну уложен камыш, тоже составной, все обтянуто толстой парусиной. Вес 6 пудов (много); поднимает, кроме 3 гребцов, – 12 человек. Каждый полк имеет три лодки. Дивизия на этих лодках переправилась в 2 1/2 часа времени через реку Курицу. Эти лодки работали на реках Реут и Сейм. Надо рассмотреть этот вопрос и быть может, ввести в обоз полка небольшие понтонные средства на одну повозку. Докладывал об этом ГОСУДАРЮ и встретил сочувствие ЕГО ВЕЛИЧЕСТВА.

Вчера был парад всем войскам. Обе армии в отличном порядке выстроились для встречи ГОСУДАРЯ и Шаха. По приезде ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА взвился штандарт. Это было сигналом играть колено гимна и по трем ракетам произвести в честь Шаха салют из всех орудий последней линии, повернутых в поле.

Картина вышла внушительная.

Обе армии должен был представлять Великий Князь МИХАИЛ НИКОЛАЕВИЧ, но ЕГО ИМПЕРАТОРСКОЕ ВЫСОЧЕСТВО ехал поодаль от ГОСУДАРЯ. Доктор запретил ЕМУ сколько-нибудь быструю езду.

Ранее встречи ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА я успел объехать все войска, кроме артиллерии, и поздороваться с ними.

Объезд длился долго. Только местами ГОСУДАРЬ шел галопом. Войска были прекрасно выстроены.

Церемониальный марш прошел прекрасно. Было жарко, но не чересчур пыльно. Одна армия шла одной стороной павильона, другая – другой. Трибуны были покрыты массой публики.

Позабыл прибавить, что ГОСУДАРЬ ИМПЕРАТОР не приказал ставить значки с наименованием полков, подобно тому, как то было во Франции, и, по-видимому, пожалел об этом. В полках Одесского военного округа, с чехлами во всю фуражку, не видно номеров полков. ГОСУДАРЬ обратился ко мне, чтобы я докладывал назван1я частей.

Проходили войска стройно и грозно: александровскими колоннами. Каждые два батальона полка получали Царское спасибо.

ГОСУДАРЬ ИМПЕРАТОР обратил внимание и несколько раз повторил Свое замечание, что темп марша Киевских войск слишком част. Генерал-Адъютант Драгомиров объяснил, что не более 120 шагов в минуту, но что при скором темпе идут веселее.

Было обращено также внимание, что войска Киевского военного округа, отвечая на приветствие ГОСУДАРЯ (и всем), выкрикивали ясно только «рады стараться», а «ВАШЕ ИМПЕРАТОРСКОЕ ВЕЛИЧЕСТВО» не было вовсе слышно.

За завтраком, после тоста в честь Шаха и ответного тоста за ГОСУДАРЯ Шахом и Великим Князем МИХАИЛОМ НИКОЛАЕВИЧЕМ, ГОСУДАРЬ провозгласил тост за Великих Князей МИХАИЛА НИКОЛАЕВИЧА и СЕРГЕЯ АЛЕКСАНДРОВИЧА, Генерал-Адъютанта Куропаткина и все войска. Ура! кричали громко и много. После завтрака ГОСУДАРЬ поцеловал меня и поблагодарил за маневр.

Позже, на дебаркадере железной дороги на станции Рышково, ГОСУДАРЬ, прощаясь со мною, снова в теплых выражениях благодарил за успешные маневры.

Утром в этот день я прощался со всеми чинами полевых управлений. От души благодарил их за успешную и усердную службу. Особенно, конечно, благодарил ген. Сухомлинова. Редкий начальник полевого штаба.

Курск. 8 Сентября.

Сегодня уезжаю в Севастополь и далее на торжества в Болгарию.

Подведу главные итоги маневрам.

Относительно себя:

Задача была проста. Три корпуса мирного состава допускали быстрое сосредоточениe их в любом месте, но там, где я брал в расчет их силу по мирному составу, позиции оказывались растянутыми. На корпус мирного состава желательно назначить не более двух верст по фронту и, самое большое, три версты. Это надо особенно иметь в виду, если общий армейский резерв выделяется из корпусов (бригада).

Задача облегчалась отлично вычиненными дорогами. Главное же, задача облегчалась отличными дарованиями ген. Сухомлинова и деятельностью всего штаба.

При этих условиях я мог вполне сосредоточиться на задачах Командующего армией, дабы самому решать все крупные вопросы для действия армии.

24, 25, 27 и 28 Августа были посвящены мной на ознакомление с позициями на р. Реут, по даче указаний об укреплении этих позиций. Я нашел, что первоначальные соображения об укреплении позиций давали слишком длинные позиции и рассчитаны были на обход нашего правого фланга. Между тем, обход нашего левого фланга был легче и мог привести к очень хорошим результатам, если бы удалось разбить наши два корпуса до подхода 8-го. Поэтому мной указано было: выставить небольшой отряд у д. Чапля, для определения обхода левого фланга, и приказано укрепить на 4 батальона, 16 орудий участок позиции между 10-м и Сводным корпусами, между с. Старое Гатище и Касторное, с тем, чтобы сократить позицию на правом фланге, как только обозначится обход не правого, а левого фланга.

Деятельность 10 кавалерийской дивизии 29 Августа была блестяща, но эта деятельность не выяснила для меня главного: направления сил противника. Только из донесений разъездов, суммируя их сведения, можно было придти к заключению, что против нас с фронта направляются два корпуса, а один идет в обход левого фланга.

По первым известиям сим я написал ген. Филипову письмо, в котором просил его корпусный резерв (4 стрелк. бригаду) поставить не за правым, а за левым флангом своего расположения, ближе к расположена 10 корпуса. К утру можно было приказать ограничить позицию Сводного корпуса на правом фланге с. Касторное, не обороняя участка между с. Касторное и ручьем Житень и, главное, 4 стрелковую бригаду назначить в состав армейского резерва и передвинуть ее за правый фланг 10-го корпуса. Если бы противник пошел в обход правого фланга, мной было решено сократить позицию 10-го корпуса, выкинув участок Благодатная – Колпаково, и тоже корпусный резерв (бригаду) взять в состав армейского резерва.

Противник пошел весьма разбросанно, без связи корпусов между собой и занимая по фронту большое пространство

Первым дошел до р. Реут Сводный корпус, который и форсировал переправы у с. Колпаково и Старое Гатище. Ген. Случевский не оборонял их энергично и, не вводя даже в дело частного резерва, отдал приказание отступать. Но все вышло к лучшему. Ген. Ореус с 16 батальонами увлекся и двинулся на нашу сторону, оторванный от всей армии. Тут ему готовилась тяжелая неожиданность. Я притянул к общему резерву армии у с. Новосергеевское всю 10 кавалерийскую дивизию и имел 16 батальонов пехоты; решил быстро произвести контратаку, чтобы разбить отдельно Сводный корпус. Ген. Случевскому было послано приказание приостановить наступление, ген. Бибикову – поддержать атаку пехоты, бригаде 31 дивизии с ген. Домонтовичем вызвать вперед артиллерию и поддержать атаку; 4-й стрелк. бригаде послано приказание наступать на Старое Гатище. Ген. Случевский очень удачно доложил, что и бригада корпусного резерва (10 батальонов 9-й дивизии) с ген. Зарубаевым находится вблизи, притянул и ее. Всего собралось 34 бат. и 24 эск. и сот., которые и ударили дружно на Сводный корпус. Атака вышла особенно эффектной потому, что была неожиданна. Ген. Сухомлинов сразу не доверял правильности моего решения, но потом вполне понял своевременность такого удара.

Атака была произведена на глазах ГОСУДАРЯ.

К концу атаки, против с. Касторное, против нашего Сводного корпуса обозначились подходившие массы 17-го корпуса. В то же время со стороны Чапля – Благодатная переправилась конница противника и начала переправляться пехота.

Я признал более правильным довольствоваться частным успехом и отойти на выбранные ранее позиции, дабы сблизиться с 8-м корпусом, что и было исполнено в полном порядке.

На 30 Августа Великий Князь МИХАИЛ НИКОЛАЕВИЧ прислал мне с полковником Стаховичем приказание не начинать маневра ранее 7 ч. утра, опасаясь, что иначе ГОСУДАРЬ ничего не увидит.

13-й корпус противника и конница последовали за нами и заняли Новосергеевское и Нижний Бобрик, имея в тылу р. Реут. Такое оторванное расположение корпуса вблизи расположения Южной армии вызвало с моей стороны ряд распоряжений письмами к командирам 8-го и Сводного и словесными объяснениями командиру 10-го корпуса о разбитии этого корпуса отдельно от других. Но, увы! в то время, когда мы твердо соблюдали указанное нам время и выступили в 7 ч. утра, не получив еще разрешения Главного Посредника начать действия раньше, противник выступил в 4 ч. утра и этим успел ускользнуть от нас частью. Говорю частью, ибо 36 дивизия уже по переправе на правый берег Реута приняла такое неудачное направление для отступления, что была взята с двух сторон 4 стрелк. бригадой и три полка этой дивизии тоже правильнее было считать выведенными из боя. Четвертый полк этой дивизии – Дорогобужский все же попал под удары 10-го корпуса, несмотря на все старания ген. Кублицкого и Случевского действовать как можно менее энергично.

Марш армии к Реуту был рассчитан очень хорошо. Шли весьма сосредоточенно и в большом порядке. Обозы шли тоже в порядке. Вся армия, можно сказать, не имела отсталых. И вся эта работа оказалась излишней, ибо противник отказался от обороны линии Реута и, к изумлению всех, начал отступать к Сейму.

Вот случай для вмешательства Главного Посредника. Надо было дать принять свободное решение, но так как оно оказалось невыгодным для общего дела, то надо было его изменить, приказав оборонять Реут.

Марш к Сейму, форсированный переход 35 - 40 верст, тоже был рассчитан и выполнен очень хорошо. Пути выбирали вместе с ген. Сухомлиновым и Мавриным. Спорили и затем все пришли к одному правильному заключению: вести всю армию возможно сосредоточенно. Тут пришлось помириться на том, чтобы два корпуса, Сводный и 10-й, шли вместе с армейским резервом вполне сосредоточенно и лишь 8-й корпус, которому в этот день приходилось форсировать переправу через Сейм у с. Лозовское, – был отделен 8 верстами от пути следования 10-го корпуса. Так как противник ночевал в с. Покровское (13-й корпус), то мной приняты меры, дабы можно было обрушить на него 60 батал1оновъ. Но, не смотря на выступление в 5 ч. утра, мы уже противника не застали и только Сводный корпус настиг арьергард корпуса – бригаду 1 пех. дивизии с артиллерией – и теснил ее настолько энергично, что по пятам дошел до Сейма и по пятам переправился через Сейм ус. Черницыно. Понтонные мосты по решению посредников были присуждены нам.

10-й корпус, при котором я шел, опоздал на 1 час 20 м. выступлением. Моя роль заключалась в том, чтобы оберегать Сводный корпус от еще большего удаления от 10-го. Поэтому я не разрешил делать, как того хотели ген. Случевский и Кублицкий, большого привала до прибытия на Сейм у с. Дьяконово. Пришлось идти 30 верст без большого привала и войска прошли этот путь прекрасно. При слабого состава корпусе, мы назначили ему одну дорогу для движения, предоставляя командиру корпуса воспользоваться и другими в paйоне движения корпуса. Можно было обозы и артиллерию вести по дороге в несколько линий, a пехоте следовать по сторонам дороги. Участки со свежей пахотой делали движение тяжелым.

Противник не дал мне практики в решении других задач. Имея большие силы в с. Лозовское и имея возможность совершенно безопасно для себя задержать 8-й корпус у с. Лозовское, он этого не сделал и поспешно отступил. Отличный случай дать практику трем бригадам 8-го корпуса (124 бат.) атаковать, хотя только 8 батальонов, но прикрытых Сеймом, – пропал. Очень жаль. ГОСУДАРЬ ИМПЕРАТОР как раз подъехал к с. Лозовское, когда оно покидалось противником.

Очень трудная задача выпала на нашу долю на 3 Сентября. Надо было решить: где и откуда нанести главный удар противнику? Не спал всю ночь; лично осматривал занятую нами переправу против с. Черницыно и место переправы, выбранное ген. Случевским. Лично посылал делать разведки: первой из них – подполковника 15 стрелкового полка Леша (окончившего академию по 2 разряду), знал ротным командиром в 8 Закаспийском стр. батальоне, а второй – подполк. Сиверса. По этим разведкам убедился, что именно с этих переправ, заняв и прикрывшись впереди лежащим лесом, можно будет дружно ударить на противника.

В центре, в 10-м корпусе, куда направился армейский резерв, я распоряжался (поэтому) лично и в три часа утра с небольшим был снова на переправе и отдал приказание 9 пех. дивизии продвигаться вперед, полк за полком, и занять впереди лежания, примерно около двух верст от берега Сейма, лесные рощи.

С Флангами ночью было много хлопот, особенно с правым. В ожидании, что 17-й корпус останется на нашем берегу, я сделал распоряжение, чтобы в 5 1/2 ч. утра стянуть против предполагаемого расположение сего корпуса 46 батальонов и прижать его к Сейму. Сообщил об этом ген. Филипову. Ночью получил донесение, что с. Гуторово очищается противником и что он, ген. Филипов, с 4 стрелковой бригадой идет занимать его. Но только к 3 часам утра получил известие, что Гуторово занято.

Когда уже началось продвижение 9 пех. дивизии, от ген. Филипова и Мылова получены, на мой запрос: когда и как они будут готовы к атаке, следующие ответы: 1) ген. Филипов, угнетенный неудачей 3 стрелковой бригады, отвечал, что, ввиду превосходства сил противника, вряд ли ему удастся переправиться на тот берег. Послал ему приказание переправляться во что бы то ни стало и радоваться многочисленности противника, ибо чем более он на себя притянет войск противника, тем обеспеченнее будет наш успех. Так ген. Филипов и сделал и, действительно, противник, введенный нашими действиями в заблуждение, принял, что мы ведем главную атаку со стороны с. Гуторово и туда двинул значительную часть армейского резерва.

2) Ген. Мылов доносил, что под прикрытием 100 пушечной батареи он предполагает демонстрировать со стороны с. Жеребцово 5 батальонами, а 19-ю ударить в охват правого фланга и тыла противника со стороны с. Полянское. Это совершенно не отвечало моим намерениям, ибо приводило к разрозненной атаке 3-х корпусов, когда мной было решено атаку 8-го и 10-го корпусов произвести в непосредственной связи. Послано было приказание демонстрировать со стороны с. Полянское, а главные силы двинуть через Жеребцово, что и было исполнено своевременно.

Настала тревожная минута: перейдет ли противник в наступление, пока мы еще слабы были силами на правом берегу Сейма.

Спешно за 9 дивизией я перевел и поставил за рощей 16 батальонов армейского резерва. Через подполковника Сиверса я послал указание бригаде 31 дивизии, которая переправлялась правее 9 дивизии по вновь наведенному понтонному мосту и на понтонах. Ей указано было укрепиться на захваченных позицияхъ и отменено распоряжение ген. Случевского занять впереди лежащую деревню, ибо такое занятиe приводило в непосредственную близость к противнику и могло ввязать нас в упорный бой ранее, чем мы были к нему готовы.

По прибытии к роще (одновременно с головой резерва) я нашел 8 рот, расположенными по опушке и приступившими к окапыванию. Несколько далеко отошли от опушки внутрь леса, и обстрелы были закрыты. Само дивизионное начальство исправило эту ошибку, а я вместо 8 рот приказал развернуть в линию огня 18 рот и все они хорошо окопались.

Имея в кулаке 40 батальонов, я уже в 7 ч. утра чувствовал, что дело наше выиграно, ибо стал не страшен и переход противника в наступление. По получении утешительных сведений о начавшейся переправе в 8-м и Сводном корпусах, я послал приказание во все корпуса и в 10 кавалерийскую дивизию общее наступление и атаку начать в девять часов утра.

Дабы помочь Фланговым корпусам, два батальона из общего резерва были направлены перелеском на с. Жеребцово, куда и вышли в то время, когда оно занималось войсками 8-го корпуса. Равно от бригады 31 пех. дивизии, стоявшей на правом фланге, было отделено тоже два батальона, которые, подаваясь правым берегом Сейма в направлении к с. Гуторово, должны были содействовать переправе Сводного корпуса у Гуторово.

Всем частям центра, после доклада мне кроки неприятельского расположения, сделанного ген. Мавриным и офицерами штаба, после горячих обсуждений сего вопроса с ген. Сухомлиновым и Мавриным, причем ген. Маврин принес большую пользу знанием местности, – было выбрано и приказано: 9 пех. дивизии идти на штурм участка позиции к западу от д. Касторная, бригаде 31 пех. дивизии наступать на д. Касторная, армейскому резерву первоначально держать направление на д. Касторная и затем действовать в зависимости от того, куда направит свои резервы противник. Первоначально я полагал бригаду 31 пех. дивизии направить на участок неприятельской позиции, сильно занятый артиллерией, между д. Касторная и Маква, но ген. Сухомлинов и Маврин убедили меня направлять и эту бригаду на д. Касторная, ибо между этой деревней и позициями у д. Маква лежит очень глубокий овраг, который 31 дивизии пришлось бы переходить. Поэтому эта позиция была оставлена для атаки Сводного корпуса, а мы, что и оказалось правильнее, пошли из центра и левого Фланга 64 батальонами против позиции у д. Касторная.

По личной инициативе ген. Сухомлинова была собрана большая батарея из II батарей, которая к началу атаки .должна была выехать перед рощей на позицию и облегчить атаку пехоты 10-го корпуса.

Все корпуса получили приказaниe возможно полнее вывести на маневр имеющуюся у них корпусную конницу. Но вывели немного. И это плохо. Надо обратить на этот вопрос самое серьезное внимание. Мы отдали свою конвойную сотню тоже в состав корпусной конницы 10-го корпуса, причем набралось три довольно слабых сотни.

В 9 часов началось весьма грозное наступление. 100 пушечная батарея участила огонь. II батареи поддерживали атаку с фронта и переменяли позиции. Было ясно видно дружное наступлениe 8-го и 10-го корпусов. За ними шли корпусные резервы, а за ними в 1200 шагах в промежутке между двумя корпусами шли 14 батальонов армейского резерва. По мере наступления, линии наступающих 8-го и 10-го корпусов сближались и наконец слились. Батальоны, наступавшие от с. Полянское, брали противника почти в тыл. Приходилось идти около 3 верст довольно открытым пространством. Потери были бы огромные, но противник выставил против наших 64 .батальонов вряд ли более 40 - 45 батальонов.

Когда мы достигли первых ложементов и начались, сквозные атаки, то увидали нашу конницу, которая атаковала резервы противника. Войска шли с музыкой и воодушевление было полное. Чувствовалось, что атака подготовлена была хорошо и выполнялась неудержимо настолько, что и в действительном бою мы позицию взяли бы.

Позиция противника была не укреплена, а только обозначена к укреплению, Ни одного опорного пункта не было создано. Лишь были вырыты ложементы для стрелков и орудий и то, на мой взгляд, более разбросанно, чем бы то следовало.

ГОСУДАРЬ ИМПЕРАТОРЪ видел массу войск двух армий и радовался их отличному состоянию.

8 Сентября. Севастополь.

Из технических средств, испытывавшихся на маневрах, отмечу следующие замечания:

Армейский телеграф и телефон надо рассчитывать так, чтобы каждый корпус имел возможность связаться с главной квартирой. Мы имели на три корпуса два отделения. Это мало.

Телефон, несмотря на мои повторенные не раз просьбы, не удалось проложить в ночь на 3 Сентября из с. Черницыно, где я был, в штабы трех корпусов. Два корпуса соединили, но ген. Мылов соединен не был.

Система телефона устарелая, очень тяжелая. Мостовые принадлежности от саперных частей слишком незначительны (10 саж. моста на саперную роту ). Надо увеличить. Надо войскам самим иметь при себе складные лодки. Прошу доложить: как обеспечены мостовыми принадлежностями и лодками Германская, Австрийская и Французская армии?

Саперы всюду, где им давали задачи по силам, работали отлично. Офицеры не жалели себя, но необходимо, чтобы укрепления простой профили войска могли возвести и без саперов. Усиление укреплений проволочкою сетью действительно составляет усиление.

Моторы принесли большую пользу. Полезно придать их в штабы округов и корпусов. Как работали для перевозки тяжестей – еще не знаю.

Воздушные шары желательно усовершенствовать. Важных сведений от шаров не получали, но они очень ведают расположение своих войск. Прибор к ним слишком тяжел.

Почтовые голуби могут быть полезны и ими надо заняться.

Хлебопекарные печи (полевые) работали прекрасно. Хлеб отличный.

Проваренная крупа весьма пригодна.

Консервы оказались хороши.

Санитарный поезд мало работал, ибо больных было менее 1 на 1000 чел. в день.

Антисептические пакеты, после носки их конницей в течение 7 дней, были снаружи сильно загрязнены, но внутри чисты.

Штабная служба, благодаря ген. Сухомлинову, была организована отлично.

Походная типография работала отлично и этот опыт можно признать удачным.

Карета-бюро тяжела и ее ген. Сухомлинов будет проектировать иначе.

Работа в штабе была огромная, но спокойная. Получение сведений от разъездов организовано было в армии хорошо. Многие донесения весьма обстоятельны. За сутки их получалось столько, что при толковой сводке, которая производилась в штабе армии, к утру или даже к вечеру мы знали главное о противнике и могли действовать не наобум.

Обозный батальон действовал отлично и дал вполне подготовленный кадр для обозов армий.

Мера, предложенная ген.-лейт. графом Милютиным, дабы все подводчики были по добровольному найму, прошла очень успешно. Казна переплатит несколько, но население наживется, ибо не было бесполезного толкания тысяч подводчиков, которых вызывают на один – два дня и потом распускают, сунув в руку одну – две контрамарки за 5 - 7 потерянных дней. Плата за одноконную подводу в 3 руб. несколько высока.

Принятые меры о питании лошадей подводчиков и самих подводчиков были необходимы лишь в некоторые дни усиленных движений. При расположении же на месте, подводчики легко находили фураж и пропитание. Подводчики быстро сжились с частями войск и, действительно, наши обозы и транспорты двигались в отличном порядке.

Hopтоновские колодцы принесли мало пользы, но еще не все сведения собраны.

Устройство тыла было задумано и исполнено хорошо. Но следовало организовать прикрытиe тыла, назначив для сего особые войска из числа не вошедших в состав армии, примерно 6 - 8 батальонов, 2 - 4 эскадрона. Неназначение прикрытия повело к тому, что противник тревожил нас несколькими небольшими отрядами и дошел даже до ст. Коренево – нашей базы. Были нападения и на обозы.

В особенности для прикрытия тыла важно, чтобы все нестроевые были вооружены и всегда готовы к отражению мелких партий. Например, на ст. Коренево находилось при 4-х хлебопекарнях 600 хлебопеков. Будь они вооружены, конный отряд в 150 коней ничего не мог бы нам сделать (при выставленном охранении).

Но, вообще, своевременно разработать и подготовить формированиe в военное время этапных войск.

Парки летучие и местный действовали правильно.

Полевые кухни, по общему отзыву, приносят войскам огромную услугу и их надо вводить в штат. Уменьшают отсталых. Не отстают от кухни. Но приданные к авангардам выдают движeниe войск.

Железнодорожная служба и перевозки совершены в полном порядке и по расписанию. Работа была большая и. выполнена отлично.


ПРИМЕЧАНИЯ:

1. Выявлены в фондах Российского государственного военно-исторического архива (РГВИА. Ф. 1759. Оп. 3. Д. 1014. Л. 600-617-об.). Публикуются впервые..




СОДЕРЖАНИЕ


Ваш комментарий:



Компания 'Совтест' предоставившая бесплатный хостинг этому проекту



Читайте нас в
поддержка в твиттере

Дата опубликования:
16.12.2013 г.

 

Дата просмотра:      © 2002- сайт "Курск дореволюционный" http://old-kursk.ru Обратная связь: В.Ветчинову